— Нам нужно исправить некоторые воспоминания, вишневая девочка. — Демьян заносит меня в палатку, где стоит маленький столик и разбросаны подушки. Садится на одну из них, а я устраиваюсь на его коленях.
Я прикусываю нижнюю губу и скольжу взглядом по блюдам, наверняка приготовленным Максимом. Слоенный хлеб, сыр, рыба, грибы и горячий бульон: все, что возвращает меня в Черный лес. В моменты, когда мне казалось, что у нас с Демьяном нет будущего. Но мы смогли его построить. Теперь у нас есть Самаэль. Есть близнецы, которых я ношу под сердцем. Дети от мужчины, что казался мне недосягаемой мечтой.
Мои глаза наполняются слезами, судорожно скатывающимися по щекам. Я отрываю взгляд от стола и смотрю в глаза мужчине, что ждет именно этого. Накрываю ладонью его грудную клетку и чувствую биение сердца. В голове всплывает разговор, что стал первым признанием в чувствах.
«— Твое. Все твое, Релли.
— Всё-всё?
— Всё-всё».
— Все твое, — шепчет Демьян, словно прочитав мои мысли. — Без остатка.
Я беру свободной ладонью его руку и накрываю ею свое сердце, готовое выпрыгнуть из груди.
— Как и я. Вся твоя. Без остатка.
Муж берет мое лицо в руки и притягивает к себе. С тоской во взгляде смотрит мне в душу. Так глубоко и неистово, открывая мне свои чувства. Не хватит даже размера Вселенной, чтобы описать, насколько огромна наша с ним любовь. Такая неземная любовь.
Демьян скользит руками к моей талии и бережно укладывает меня на подушки. Нависая сверху, удерживает свой вес, чтобы не придавить меня, а затем достает из ниоткуда персиковую розу и проводит бутоном по моей щеке.
— Это мне? — Я забираю ее после короткого кивка и вдыхаю прекрасный аромат. — Вкусно пахнет.
— Ты пахнешь еще вкуснее. — Он снова что-то достает. Видимо, припрятал подарок под подушками. На этот раз в его руке появляется желтая шапка.
— Шапка? — Мои губы растягиваются в широкой счастливой улыбке.
— Чтобы ты не замёрзла. — Демьян выпускает смешок и надевает ее на меня.
— Мне подходит, красавчик? — интересуюсь я, играя бровями.
— Очень. — Муж щипает меня за щечку и мимолетно целует в губы. Вновь что-то вытягивает из-под подушки.
Часы...
— На этот раз у меня были деньги, чтобы подарить тебе хорошие часы, — хриплым голосом произносит он.
— Демьян... — И снова слезы. Беременность делает меня плаксой. Хотя в такой момент невозможно сдержаться.
— Релли... — Он стирает мои слезы губами и крепко обнимает меня.
— Скажи, что под подушками больше нет подарков. Иначе я буду плакать всю ночь.
— Есть пледы. — Демьян ложится на бок и гладит меня по спине. — На случай, если одного будет недостаточно.
— Они мне не понадобятся, муженек, — всхлипываю я. — В моем распоряжении довольно большая и сексуальная печка, которую я собираюсь лапать всю ночь.
— Звучит как хорошая идея, женушка.
— Причем очень хорошая. — Я хитро улыбаюсь. — Снимешь футболку и покричишь как Тарзан?
— Черт, Релии, нет. — Демьян начинает щекотать меня, не упуская возможности укусить. Тишина ночи наполняется нашим смехом. А мое сердце переполняет тепло, потому что я слышу его смех. Смех мальчика, который когда-то не позволял себе даже улыбаться.
***
Проснувшись утром, мы с Демьяном возвращаемся в замок. Я запрыгиваю ему на спину, пользуясь возможностью немного повисеть на нем. А Амарок и Чейзи плетутся за нами. Точнее волк плетется, а белка нагло устраивается на его спине. Кажется, она чем-то напоминает меня. Такая же наглая? Нет. Назовем это смелостью. Или безумием?
Я прикрываю глаза, наслаждаясь зимним днем и вдыхая свежий воздух. Хруст снега под ногами расслабляет, а тепло мужа доставляет особое удовольствие. Крепко обнимая его за шею, я не упускаю возможности поцеловать мужчину в щечку.
— Мартышка, — ухмыляется Демьян, щипая меня за бедро.
— Горилла, — фыркаю я, шлепая его по груди, а затем спрашиваю: — Ты будешь занят сегодня?
— Есть работа на час.
— Помочь тебе чем-нибудь?
— Нет. Я справлюсь сам, Релли.
С тех пор как появился Самаэль, я почти перестала выполнять свои обязанности ассистента. И мне становилось жаль мужа, потому что ему приходилось справляться со всем самому. Хотя в последнее время Валериану неплохо удается заменять меня.
— К замку кто-то подъехал? — Я замечаю автомобиль недалеко от ворот. Не могу определиться, чей он, пока мы не подходим ближе.
— Алексей, — сообщает мне Демьян.
Я напрягаюсь всем телом и слегка хмурюсь. Мне не хочется встречаться с папой. Не после всего, что он сделал. Каждый раз, когда я его вижу, в моем горле образуется ком. Обида на него не отпускает меня.
— Хочешь, мы обойдем замок? — интересуется муж, остановившись и дав мне время подумать.
— Не знаю, — шепчу в ответ.
— Возможно, он пришел поздравить тебя с днем рождения.
— Возможно.
Задумавшись об этом, я говорю Демьяну, чтобы шел к воротам. Как только мы подходим к ним, сталкиваюсь взглядом с папой. Он стоит, прислонившись спиной к автомобилю, и напряженно смотрит на меня.
— Аурелия. — Отец делает шаг в нашу сторону, и Демьян медленно отпускает меня.
— Зачем ты здесь? — Я укутываюсь в плед и жду его ответа.
Папа топчется на месте и поджимает губы, прежде чем дать мне ответ:
— Хотел увидеть Оливию и Самаэля.
А меня? Как же я?
— Я передам маме, — хрипло бросаю, прежде чем вихрем пронестись мимо него.
На секунду девочка во мне вкусила сладость надежды, что отец скажет то, что растопит мое сердце. Но надежда оказалась ядовитой.
— Аурелия! — зовет меня папа, останавливая в шаге от ворот. — На самом деле я приехал к тебе.
Вивиен
— Валериан, — сонно бубню я, чувствуя, как его тяжелое тело придавливает меня к матрасу. Из-за веса мужчины не могу пошевелиться, и не знаю, слышит ли он меня. Судя по размеренному дыханию, нет.
Я пытаюсь выползти из-под него, чтобы вдохнуть полной грудью, но попытки сделать это остаются безуспешными. Приходится смириться с тем, что этот громила спит на мне, и дожидаться его пробуждения. Создает же природа таких огромных мужчин.
Пользуясь случаем, я поворачиваю голову и сталкиваюсь лицом к лицу с Власовым. Кончики наших носов соприкасаются, что вызывает улыбку на моем лице. Мой взгляд по изящным изгибам, от которых сложно оторвать взгляд.
Валериан очень красивый мужчина. Я бы даже сказала, дьявольски красивый. Потому что его внешность напоминает нечто грешное. Если поддаться соблазну, то можно легко оказаться в аду. Я бы назвала его инкубом — демоном, что пробуждает в женщинах страсть и лишает жизни. Но в моем случае, скорее всего, мне не позволят умереть.
Мне удается высвободить руку, и я провожу ею по лицу моего бледного Призрака. Из-за цвета его кожи иногда меня одолевает тревога. Вдруг он болен и не знает об этом? Мне бы не хотелось его потерять. Никогда...
Волнение в грудной клетке заставляет меня поддаться вперед и коснуться губами щеки Валериана. Просто чтобы почувствовать, что он рядом со мной. И я не могу оторваться от него, готовая расцеловать все лицо мужчины.
— Виви, — внезапно раздается хриплый голос Власова. Смутившись, я отстраняюсь от него, но тут же оказываюсь в цепких объятиях, почти ломающих мне кости.
— Ты не ушел, — с трудом шепчу я, обвивая руками его торс.
Мужчина пришел ко мне ночью и остался у меня. В последнее время он постоянно словно живет со мной. Не успеваю я добраться до квартиры, как раздается звонок в дверь. Если бы не мое желание пока не распространяться о наших отношениях, Валериан уже поселился бы у меня.
— Сегодня выходной, — напоминает мне Власов. — Ты все равно не придешь в замок. Что мне без тебя делать?
— Проводить время со своей семьей? — предполагаю я.
— Мы бы оба могли проводить с ними время. Но ты не хочешь.
— Потому что я работаю на вас. Расскажем о наших отношениях, когда я закончу. Так будет правильнее, родной.
— Что? — Валериан отстраняется и пристально смотрит на меня.