Я обхватываю руками бедра мужчины и стараюсь вспомнить обо всех эротических сценах из книг. Они служат некой инструкцией для меня. Втягиваю щеки и дышу через нос, прислушиваясь к хриплым стонам Власова. Они настолько тихие, что если бы не повязка, то я не услышала их.
В моей голове всплывает лицо Валериана, на котором отражается удовольствие. Даже его образ вызывает мурашки на коже. Возникает желание прикоснуться к себе и кончить вместе с ним. Но вместо этого я накрываю ладонью торс мужчины и скольжу ею по нему. Его тело — это нечто невообразимое. Словно великий скульптор долгие годы работал над ним, выделяя каждый мускул.
— Че-е-ер! — хрипло стонет мужчина, когда его толчки становятся слишком беспорядочными. Я чувствую, что он вот-вот кончит, и готовлюсь проглотить его семя.
Спустя несколько секунд теплая струя бьет мне в горло, а Валериан выходит из меня. Я глотаю всё и кусаю нижнюю губу. Слышу глубокое дыхание, но не могу понять, оно мое или его. Поддавшись порыву взглянуть на мужчину, я стягиваю повязку и вижу его лицо. Оно такое же, как в моем воображении — полно удовольствия.
Голова Власова запрокинута назад, а веки полуприкрыты. Но я знаю, что он смотрит на меня. Не по-доброму.
— Я говорил, чтобы ты не снимала повязку, — напоминает мне, обхватываю одной ладонью мою шею, а второй — член.
— Прости, — шепчу я, наблюдая за тем, как он водит головкой по моим губам.
— Блять, — вырывается у него гортанный рык.
Совершенно неожиданно мужчина оказывается на кровати, а меня перекидывает через свои бедра. Раздается громкий шлепок, и моя ягодица начинает гореть от удара.
— Валериан! — Его имя скрывается с моих губ вместе с всхлипом.
— Я предупреждал, что ты будешь наказанна. — Следующий шлепок приходится по клитору, и я вздрагиваю от удовольствия. Почему это так хорошо?
— Да!
Валериан шлепает меня еще несколько раз и бросает на кровать. Раздвинув мои ноги, зарывается лицом в киску и скользит по ней губами. Вдыхает аромат и довольно рычит.
Я падаю на подушку и запускаю пальцы в его волосы. Дрожу от оргазма, рвущегося наружу, пока мужчина трахает меня своим языком.
Он мнет мои ягодицы, посасывая клитор и медленно просовывая в меня один палец. Я чувствую легкий дискомфорт, который потихоньку проходит. Но все возвращается, когда к первому пальцу добавляется второй.
Власов растягивает меня словно ножницами, но делает это так аккуратно, что доставляет больше удовольствия, чем боли. Его язык продолжает рисовать узоры, и я наконец-то кончаю. Кричу так, что меня наверняка слышали соседи. Но сейчас не до них.
Я смотрю на Валериана расфокусированым взглядом. Он возвышается надо мной и, обхватив член ладонью, проникает в меня только головкой.
— Было бы очень правильно войти в тебя полностью прямо сейчас, — цедит мужчина.
— Почему не сделаешь этого?
— Потому что это должно произойти в моей постели. Как только ты закончишь работу в библиотеке, я наконец-то трахну тебя так, как хочу. — Он наклоняется вперед и слегка щурится. — Буду брать тебя так долго, пока ты не потеряешь сознание. А потом ты отдохнешь, но я не стану выходить из тебя. Ты будешь спать с моим членом в твоей киске.
Его слова вызывают румянец на моих щеках и желание наконец-то ощутить все это на себе.
— Ты ведь хочешь этого. — Валериан прижимает меня своим весом к матрасу. — Хочешь принадлежать мне полностью.
— Хочу, — выдыхаю ему в губы, и он снова набрасывается на меня с поцелуем, словно произошедшего ему было мало.
Головка члена медленно входит в меня и выходит, и я впиваюсь ногтями в спину Валериана. С трудом отвечаю на поцелуй, особенно когда он начинает водить членом по клитору и снова проникает в меня. Происходящее напоминает пытку.
Я вся теку, и чувствую, как подо мной намокает простынь. Тело дрожит, а пульс учащается. Наши с Валерианом взгляды сталкиваются, и я словно пробиваюсь в его душу. Пусть она темная, но там мой дом. Мой монстр.
От переизбытка чувств прерываю поцелуй и глубоко дышу. В груди такой хаос, что сердце может не выдержать и остановиться прямо сейчас.
— Моя Виви. — Валериан прерывает зрительный контакт и целует меня в шею. Ласкает грудь, а затем опускает член и скользит ладонью вниз. Закинув мою ногу себе на талию, размазывает влагу по тугому колечку мышц. Я напрягаюсь. — Расслабься, — шепчет, успокаивая поцелуями.
Его палец осторожно проникает в анальное отверстие. Я жду боли, но ее нет.
— Все в порядке? — интересуется Власов, остановившись.
— Д-да. — Мой голос дрожит.
Он кусает мочку моего уха, толкается в меня пальцем и головкой члена. Я закатываю глаза и выгибаю спину, словно получаю резкий удар тока. Тело начинает дрожать в мощных конвульсиях.
— Да, блять, — рычит Валериан, изливаясь мне между ног и полностью накрывая мое тело своим.
Мы тяжело дышим, обнимая потные тела друг друга. Власов так крепко прижимает меня к себе, словно прячет. А я незаметно для себя проваливаюсь в темноту, ощущая, что нахожусь дома. Потому что Он все-таки пришел.
Глава 23.
"...Я НЕ КРИЧУ. Я ЗАМОЛКАЮ..."
Валериан
3 марта. 13:33.
— Блокируй, — хриплым голосом приказывает Демьян Алану, пока младший тренируется с Рагнаром.
— И не отвлекайся, — грозно добавляет Рагнар.
Мы спустились в спортзал час назад, чтобы немного потренироваться. Решили провести несколько спаррингов между собой, пока у всех есть на это свободное время. И, судя по тяжелым вздохам, уже выдохлись. Учитывая, что победить друг друга нам сложнее всего, подобная тренировка забирает все наши силы.
— Я не отвлекаюсь, — возмущается Алан.
— Ты отвлекаешься, — ровным тоном произношу я, придавив к матам Исаака. Мне удается обездвижить старшего, но только на несколько секунд. Он вырывается из крепкой хватки и валит на маты меня.
— Как ты понял, что я отвлекаюсь? У тебя повязка на глазах, — напоминает мне младший.
Я бью Исаака локтем по ребрам и скидываю его с себя.
— Ты много болтаешь. — Я вскакиваю на ноги и показываю жестом, что на этом всё. Мне хочется пить и принять душ.
Подхожу к подоконнику и слышу болезненный стон Алана, а затем раздраженное фырканье Рагнара. Этих двоих лучше не ставить против друг друга. Они напоминают двух быков, которым одновременно показали красную тряпку. Слишком вспыльчивые и упрямые.
— Куда ты собрался?! — недовольно кричит Алан, пытаясь восстановить дыхание.
— В душ, — вздыхает Исаак. — Хватит заниматься сталкингом. У меня даже мобильного с собой нет.
— В чем дело? — спрашивает Демьян. Ему, как и мне, непонятно, что происходит между близнецами.
— Он вчера ночью целый час разговаривал со своей курицей, — рассерженно жалуется младший. — О чем можно говорить по телефону целый час? Тем более с этой тупоголовой!
— Она твоя будущая невестка. Ты не можешь называть её тупоголовой, — строго говорит брат.
— Значит, курицей можно? — довольно спрашивает Алан, на что Рагнар выпускает смешок.
— Нельзя.
— Я всего лишь поговорил с ней. Зачем устраивать из-за этого сцену? — мрачно бубнит Исаак.
— Он ревнует, — отвечает Рагнар. — Видимо, поэтому копался утром в твоем мобильном.
— Ты копался в моем телефоне, Алан? — В голосе старшего появляются нотки недовольства и возмущения. Ему не нравится, когда трогают его технику.
— Да. И что? — Судя по тону, младший не чувствует свою вину.
— Нашел что-то интересное для себя?
— Нет, — протяжно отвечает Алан, чем выдает свою ложь.
— Что ты сделал? — смиренно вздыхает Исаак.
— Просто удалил несколько сообщений, — недовольно бросает близнец.
— От Софии?
— Да.
— И что она писала?
— Что у неё глючат мозги, — ухмыляется младший.