— Можно и так сказать. — Повар слегка хмурится и глубоко вздыхает. В его глазах полно тревоги. — Последняя неделя была очень тяжелой для них. Но они держатся.
— Кажется, вы очень переживаете о них. — Я сажусь за стол и смотрю на спагетти, приготовленные Максимом. Последнюю неделю я почти ничего не ела. Меня тошнило от одной только мысли о еде. Но сейчас у меня сразу просыпается аппетит.
— Они единственные, о ком я могу переживать. — В голосе мужчины присутствуют нотки печали, которые прокрадываются в мое сердце и заставляют его сжаться.
— Им повезло, — с уколом зависти в груди говорю я. — О них есть кому переживать.
— А у вас никого нет?
— К сожалению. Мама умерла чуть больше года назад.
— А отец?
— О нем я ничего не знаю. — Но надеюсь, что Валериану удастся найти его. Надеюсь…
— Печально. — Максим опускается на стул рядом со мной, закидывая на плечо кухонное полотенце, которое держал в руках. — Знаете, когда я остался один, мне казалось, что мир внезапно стал очень страшным, чужим. Но по мере своего взросления понял, что я сам отстранился от него. Порой люди прячутся в своих увлечениях и создают свой мир, что становится для них безопасным местом. — Его взгляд скользит по библиотеке. — Руководствуются страхом.
— Считаете, что это неправильно?
— Неправильно, Вивиен, — серьезно произносит мужчина. — Всегда есть надежда встретить людей, которые, возможно, не до конца поймут ваш мир, но смогут создать вместе с вами Вселенную.
— И вы встретили таких людей, — догадываюсь я, уловив смысл в его словах.
— Нашел. Уверен, что вы обязательно найдете их. — Максим щелкает пальцем по моему носу и встает из-за стола. — Приятного аппетита, дорогая. Надеюсь, вы съедите все, что я принес.
— Разве может быть иначе? — Я широко улыбаюсь ему.
— Не может, — по-заговорщицки шепчет мужчина. — Кстати, у вас очень милая ямочка на щеке. Она напомнила мне о моей покойной матери. У неё была почти такая же. Отец говорил, что влюбился, как только увидел её.
— Это очень мило, — вздыхаю я.
— Завтра приготовлю любимую пиццу моих родителей, — немного подумав, говорит Максим.
— Это какую?
— С грибами и сыром.
— С удовольствием попробую ее, — воодушевлено произношу я.
— Буду ждать вашей оценки, мой маленький дегустатор. — Мужчина подмигивает мне и выходит из библиотеки, оставив после себя теплое впечатление.
***
Валериан
— Попробуем еще раз, — низким и мрачным голосом говорит Демьян. — Кто организовал Лудус?
— Я, — тяжело дыша, отвечает Фролов. Лжет.
Я наблюдаю за мужчиной, находясь в десяти метрах от камеры. Не вижу его лица из-за количества крови, что ничуть не огорчает меня. Так легче смотреть на то, как его пытает Демьян. Но мне несложно определить по голосу Романа, что он боится. Однако это не мешает ему скрывать правду.
— Ты? — Брат не скрывает своего скептицизма. Он тычет пальцем в лоб мужчине. — Судя по тому, что ты прятался в доме бывшей жены, тебе бы мозгов не хватило.
Фролов решил, что самое безопасное место — это дом супруги, где, по логике мужчины, мы не стали бы его искать. Слишком глупо для того, кто организовал похищение тридцати человек, приказал установить скрытые камеры в лесу и запустил онлайн трансляцию Лудуса. Что-то не сходится.
Демьяну надоедает длительное молчание Романа. Уже вечер, а мужчина назвал нам только несколько имен бизнесменов, оказавших ему помощь, и мест, где держали похищенных игроков. Этого мало.
Брат вонзает нож в подмышку Фролову и начинает крутить его. Ублюдок ревет от боли и дрожит, пытаясь высвободиться из веревок. У него не выходит. Алан слишком тупо привязал его к стулу.
— Я не знаю его! — наконец-то признается Роман.
— Хм. — Брат перестает причинять ему боль и раздраженно цокает. — Расскажи то, что знаешь. И не тяни время. Я не в настроении проводить с тобой весь вечер.
— Он… пришел ко мне сам, — хриплым голосом произносит Роман. — Мужчина лет тридцати пяти. Имени не назвал. Сказал, что собирается возобновить игру, и ему нужна моя помощь.
— Какого рода помощь?
— Я должен был найти бизнесменов, которые согласятся сделать ставки во время игры. Всем остальным занялся он.
— Как его зовут?
— Он не назвал своего имени.
— То есть ты связался с человеком, который даже имени своего тебе не назвал? — Демьян ухмыляется. — Ты просто идиот.
— Он казался надежным, — раздраженно бросает Фролов.
— Даже не буду спрашивать, в чем заключалась его надежность, — рычит брат. — Опиши мне его. Есть какие-то отличительные черты?
— Только одна. Он постоянно носит закрытую одежду. Я не видел ни одного участка его кожи, кроме половины лица, не скрытого капюшоном. Даже на руках перчатки.
— Будет сложно его найти, — говорит Исаак, встав рядом со мной. На одежде старшего есть капли крови, как и на моей. Нам пришлось пытать бывших министров, чтобы вытянуть из них что-то стоящее. Но полученной информации оказалось слишком мало.
— Но не невозможно. — Я отталкиваюсь от стены и направляюсь к выходу. — У меня есть свои дела. Об остальном поговорим завтра.
— Связанные с девушкой?
— Неважно.
Я покидаю подземелье замка и сразу направляюсь в библиотеку. Бросаю взгляд на наручные часы и понимаю, что у Виви уже закончился рабочий день. Но я все еще могу застать её на месте. Порой она задерживается на полчаса или час.
К моей удаче, я застаю девушку в библиотеке спящей на диване с мобильным, прижатым к груди. Черт! Она наверняка писала мне, а у моего телефона села зарядка.
— Валериан? — раздается позади голос Аурелии.
— Да? — Я натягиваю повязку и оборачиваюсь.
— Я пришла за Вивиен. Её должны отвезти домой…
— Она спит, — вполголоса говорю я. — Не буди её. Все равно я останусь в библиотеке. Прослежу за тем, чтобы она никуда не выходила.
— В таком виде? — озадаченно спрашивает невестка. — Хочешь напугать девушку?
Моя окровавленная одежда точно не обрадует конфетку.
— Я приму душ.
— Ладно. Только не буди Вивиен, чтобы заставить её работать посреди ночи, — строго произносит Аурелия.
— Думаешь, я способен на такое?
— Вполне. — Невестка выпускает смешок и уходит.
Она права. Я способен разбудить Виви. Но не для работы в библиотеке. У меня на неё совершенно другие планы.
Стянув повязку, я подхожу к спящей Вивиен и опускаюсь на корточки у дивана. Скользнув взглядом по красивому лицу, аккуратно поправляю ее очки, которые сползли к кончику носа. Виви слегка морщится во сне, но не просыпается. У нее очень крепкий сон, и придется постараться, чтобы разбудить ее. Но мне не хочется этого делать. Сегодня у нее не будет шанса покинуть замок. Сегодня она останется со мной, а утром я перевезу сюда все ее вещи. Держу пари, что ей это не понравится. Пусть. Мне удастся убедить конфетку остаться со мной.
Пытаясь не разбудить Виви, я осторожно беру ее на руки и выношу из библиотеки. Прижимая девушку к груди, касаюсь губами кончика ее макушки и вдыхаю сладостный аромат. Блять…
— Валериан, — сонно произносит Вивиен, уткнувшись носиком в мою шею. Ее глаза все еще закрыты, но она потихоньку просыпается. Нужно ускориться.
— Да, конфетка, — шепчу, крепче прижимая девушку к себе. Не выпущу из своих рук.
— Спать?
— Спать.
Проходит по меньшей мере пара минут, прежде чем я добираюсь до своей спальни. До нашей спальни. Перешагнув порог комнаты, запираю дверь и укладываю Виви на кровать. Сняв с нее обувь, накрываю одеялом и иду в душ. Нужно немедленно смыть с себя кровь.
***
Вивиен
Я распахиваю глаза, когда в мой разум проникает мысль, что мне не снится сон. Голос Валериана был настоящим. И мужчина нес меня куда-то. Подозреваю, что не в мою комнату, потому что не помню, как покинула замок и вернулась к себе.
Окончательно проснувшись, я сажусь на огромной круглой кровати и бегло разглядываю спальню, в которой нахожусь. Черно-серая мебель со вкусом обставлена и создает ощущение уюта. Мелкие светильники на многоуровневом потолке слабо освещают пространство. А панорамное окно, за которым видно ночное небо, луну и бушующее море, выглядит как портал в другое измерение. Потому что я не могу поверить, что в нашем мире существует подобная красота.