Я смотрю на Демьяна, не назвавшего ни одного имени. Он замечает это и сразу отрицательно мотает головой.
— Нет, Вивиен. У меня плохо выходит выбирать имена. Даже не надейся на мою помощь в этом вопросе. Мужчина откидывается на спинку стула и кивает в сторону Максима. — Пусть он ломает над этим голову.
— Почему я? — Папа удивленно вскидывает брови. — У меня нет на примете хороших имен.
— Вы назовете дочь Луна, может придумать для мальчика что-то связанное с солнцем, — предлагает Аурелия. — Солн. Хотя нет. Звучит ужасно.
— Адриан, — внезапно говорит Исаак, и мое сердце действительно вздрагивает в груди, впитав в себя это имя.
— Адриан, — повторяю я и чувствую, как ребенок толкается. — Да! Да, это его имя.
— Значит, Адди и Лулу, — хитро улыбается Алан. — Отлично. Мне нравится.
— Лулу?! По-твоему, моя дочь собака? — Я возмущенно смотрю на него.
— Не кипятись, очкарик.
— Очкарик? — Валериан вопросительно вскидывает бровь и буравит взглядом брата, прячущего лицо за кружкой кофе.
— Упс, — выпускает смешок Юсейра. — Кому-то надерут зад.
— Зад! — повторяет за ней Самаэль, хлопая в ладоши и улыбаясь Демьяну, взобравшись на его колени.
Девушка мгновенно краснеет, вызывая беззвучный смех у Рагнара. Мило. Кажется, с Валерианом за столом стало веселее. Вся семья ожила.
Глава 44.2
Валериан
За все эти месяцы я все еще не смог прочитать дневник матери, хотя носил его повсюду с собой. Открывал почти каждый день и гипнотизировал взглядом первую страницу. Я предполагал, что написанное в нем может вызвать отрицательные эмоции, и меня в очередной раз выбросит из реальности. А я не хотел этого. И сейчас тоже не хочу.
Я беру в руки два дневника, один из которых принадлежит мне, и закидываю их в дорожную сумку. Окинув взглядом комнату, убеждаюсь, что не оставил своих вещей в доме Алексея, и покидаю её.
— Уже собрался? — низким голосом спрашивает Дьяков, ожидавший меня в холле.
— Да. Оливия готова?
— Еще нет, — мрачно отвечает он.
Мужчина рад тому, что я уезжаю, но в то же время зол. Оливия отказалась оставаться здесь без меня, а Алексей надеялся, что она не уйдет от него. Однако женщина не собиралась сдаваться и мириться с мужем.
— Я поеду с вами, — внезапно говорит Дьяков.
— Из сталкера в курьеры? Не похоже на повышение.
Пока я находился в его доме, он докладывал Демьяну обо всех моих ночных вылазках. Сообщал, когда я возвращаюсь. Даже ждал моего возвращения. Тесть перенял привычки зятя. Они отличная команда, когда не ненавидят друг друга.
— Очень остроумно, — ворчит он.
— Согласен.
Мужчина тяжело вздыхает и, дождавшись Оливию, помогает ей с чемоданом. Они держат дистанцию, словно избегают друг друга. Некоторое время играют в молчанку, пока любопытство Дьяковой не берет над ней вверх.
— Ты едешь с нами? — равнодушно спрашивает она у Алексея, как только мы садимся в минивэн.
— Да, — холодно бросает он.
— Зачем?
— Хочу увидеть дочь и внука, так что не бери на свой счет.
Исходя из своего небольшого опыта общения с невестками и Вивиен, полагаю, ему не стоило так говорить, потому что ответный удар будет жестким. Женщинам не нравится, когда ими пренебрегают.
— И не собиралась. Я не нуждаюсь в излишнем мужском внимании. А если даже оно мне понадобится, то ты точно не окажешься в списке претендентов, от которых я буду его ждать, — надменно произносит Оливия.
Дьяков сжимает челюсть и кулаки, а его шея медленно краснеет от злости.
— В списке претендентов? — низким голосом переспрашивает он.
Если просчитать все варианты завершения этого диалога, есть небольшая вероятность, что мы не доедем до замка. Или доеду только я. Всё-таки мне нужно успеть на УЗИ.
— Старость не радость, Алексей? Тебя уже слух подводит? — Оливия вопросительно вскидывает бровь, явно сдерживая улыбку.
— Ливия, — предупреждающим тоном произносит мужчина. — Не играй на моих нервах. И не забывай, что я твой муж.
— Только на бумаге. Одна закорючка ничего не решает в данном случае. Но ты можешь поставить наше свидетельство о заключении брака в рамку, повесить его в спальне и любоваться им. Всё-таки это произведение искусства. История о браке женщины и осьминога.
Я пытаюсь понять, почему она назвала мужа осьминогом. В голову не приходит ничего толкового. Порой женскую логику не понять.
— Осьминога? — Видимо, Алексей тоже ничего не понял.
— Нет. Таракана, — язвит Дьякова.
Один из безликих выпускает смешок, но сразу же замолкает, как и сами супруги. Видимо посчитали, что ссориться при других слишком неуместно.
Мы заезжаем на территорию замка, и я, забрав дорожную сумку, поднимаю в свою комнату. Надо бы перенести все свои вещи в спальню Виви, но на это уйдет много времени. Мне точно понадобится помощь с этим. И я не уверен, что Вивиен хочет этого.
Сегодня я заметил, что она неловко чувствует себя в моем присутствии, когда ей нужно в душ или переодеться. Не хочет, чтобы я видел её обнаженной. Возможно, дело в том, что фигура Виви немного изменилась во время беременности.
Я не стал спрашивать её ни о чем. Решил понаблюдать за ней несколько дней, чтобы убедиться в том, что не ошибаюсь. Если это действительно так, то нам придется серьезно поговорить.
— Валериан? — голос Вивиен отгоняет все мысли. Я оборачиваю и, увидев её у дверного проема с книжкой в руках, снимаю очки. — Ты все забрал? — спрашивает, взглянув на сумку.
— Да. Ты была в библиотеке?
— Нет. В теплице. Там очень уютно. Особенно когда идет дождь. — Она поджимает губы и слегка хмурится. — Ты будешь жить в этой комнате?
— А тебе бы хотелось, чтобы я жил в твоей?
— Если ты этого хочешь. — Виви отводит взгляд и сглатывает слюну.
— Хочу. — Я прячу руки в карманы штанов. — У нас будет общая спальня, конфетка.
Уголки её губ приподнимаются в легкой улыбке. Она выглядит счастливой, но у меня появляется все больше вопросов.
— Кстати, Демьян сказал, что у тебя скоро экзамены. Ты будешь занят в эти дни?
— Не особо. Ты чего-то хотела?
— Мне нужно съездить в университет. Я пропустила свои экзамены, потому что была в Фламе, но могу пересдать в этом месяце. Только надо подойти к ректору и получить разрешение.
— Я сам поговорю с ним.
— Но…
— Я все решу, Виви. — Преодолев расстояние между нами, целую её в макушку. — Еще что-то?
— Нет.
— Нет? — Я наклоняюсь вперед, чтобы наши лица оказались на одном уровне. Прищурившись, скольжу взглядом по её лицу. — Точно?
— Да. — На щеках Вивиен появляется румянец.
— Уверена? — Слегка тянусь вперед, и кончики наших носов соприкасаются.
— Да.
— Да? — шепчу, сунув руку в карман штанов и достав оттуда несколько леденцов.
— Да.
Виви закрывает глаза, и я целую её в уголок губ, вдыхая аромат ежевики, исходящий от неё. Если собрать все десерты мира, их вкус никогда не будет так сладок, как она.
Отстранившись, я вкладываю в ладонь Вивиен леденцы. Увидев их, она широко улыбается.
— Помочь тебе подготовиться к экзаменам? — интересуюсь, поправляя ее очки.
— Ты правда поможешь? — В её глазах вспыхивает удивление.
— Помогу.
— А как же твои экзамены?
— К ним я уже готов.
— Тогда я согласна. — Виви прижимается ко мне всем телом и крепко обнимает. Я глажу её по спине, чувствуя, как теплеет в груди. Этот маленький комочек эмоций превращает мое сердце в извергающийся вулкан. И лава из него отравляет всю кровь, но даже закончив с этим, не твердеет. Она кипит, стоит только конфетке оказаться рядом со мной.
Глава 44.3
Юсейра
Заляпанная футболка и растрёпанные волосы — это будни каждой мамы. И мой случай не исключение. Я привыкла к тому, что близнецы сеют вокруг себя хаос, делая меня его частью. Но порой я сама к ним присоединяюсь. Незаметно превращаюсь в ребенка, вновь проживая свое детство.