Он долго смотрел мне в глаза, потом видимо нашел ответ, который искал, развернулся и вышел за дверь. Я усмехнулся, где-то даже сочувственно, если это любовь, то скорее всего в его душе царит ад. Такой знакомый ад, выжигающий уже несколько лет все внутри меня. Жаль, что я умер пару лет назад.
С улицы донесся звук заведенного мотора, хлопок двери, и тяжелые шаги по крыльцу. Тейо зашел без стука. В руках он держал пистолет. Взгляд был холоден, мысли спрятались за спокойствием:
- Поехали.
Я удивленно посмотрел на него. Потом почувствовал испуг. Таким я его еще не видел. Он был решительно настроен исполнить мою просьбу. Передо мной стоял не тот Тейо, которого я знал. Чужой, холодный, неприступный человек смотрел на меня.
- А что с Чифом? – невольно вырвалось у меня.
Тейо безразлично кинул взгляд на пса, который прятался у меня за коленями, словно чувствуя, что происходит что-то страшное, неправильное.
- Тебе какая разница? Через час, другой ты исчезнешь.
Я не двинулся с места, тогда он чуть смягчился и проговорил:
- Отвезу твоей сестре.
Я недоверчиво на него посмотрел, но все же согласно кивнул:
- Хорошо.
Мы вышли. Я старался не обращать внимание на жалобный лай Чифа, запертого в бунгало.
Морской бриз чувствовался особенно остро, забираясь под легкую рубашку, холодя кожу, покрытую от волнения потом. Мне не верилось в происходящее. Мозг отказывался осознавать, что еще немного, и все, что есть вокруг, растворится в небытии.
Тейо уверенно вывел машину на дорогу, ведущую к морю. А я смотрел на его спокойные руки, пистолет, небрежно положенный между нашими сиденьями, такое чужое лицо. Нервная дрожь усиливалась. Стараясь с ней совладать, я обхватил себя руками.
Мимо проплывали белые домики прибрежной деревушки. Как всегда, внезапно вспыхнуло море, освещенное закатными лучами солнца. Мне было тревожно, мысли метались в голове. Вспыхивали сцены из прошлого. Знакомство с Кельвином, первый поцелуй, первый раз… Как в моей жизни появился Чиф. Маленький комочек золотистого-рыжего цвета. Как он доверчиво прижался ко мне… Ада. Такая разная. Моя младшая сестренка. Ее слезы, когда она упала с велосипеда, ее заливистый смех, когда она получила подарок на свое одиннадцатилетние… Моя мастерская, картины…
Машина резко затормозила. Мы вышли. Бухточек на этом побережье было предостаточно. Тейо приметил одну, скрытую от людских глаз. Пришлось потрудиться, чтобы преодолеть острые камни. В скалах оказалась небольшая пещера. Пляж с обоих сторон был отделен обвалившимися валунами. А перед нами расстилалось бескрайнее небо, и мягкими волнами накатывающее море. Вечерело. Воздух становился все более прохладным.
Встав напротив меня, Тейо впервые за то время, что мы вышли из гостиницы, проговорил:
- Я выполню твое желание, при условии, что ты меня здесь и сейчас поцелуешь. Так, как будто ты любишь меня без ума, - и с холодной надменностью взглянув на меня, словно предупреждая, - если я почувствую фальшь, ничего не будет.
Я долго не решался подойти к нему. Он же спокойно ждал, глядя в упор своими темными, почти черными глазами. Лицо было привлекательным, далеким, таинственным. На все это я обратил внимание еще в первую встречу. Что ж, пусть будет по его.
Губы его были холодны так же, как и мои. Я хотел закрыть глаза, но не смог, зачарованный его взглядом. Он положил свои руки мне на талию и ответил на поцелуй. Я бы слукавил, сказав, что он меня не тронул. Но я не имел право ничего чувствовать. Тейо, словно чувствуя мое отторжение усилил напор, и я, не выдержав, отдался на волю ощущений, в конце концов, это последний раз. Я целовал жарко, жадно, чувствуя, как по телу разливается тепло, как сильнее сжимаются руки, обнимающие меня. Внезапно все закончилось.
Тейо отошел на шаг. Глядя в сторону, чуть хрипло проговорил:
- Закроешь глаза, когда будешь готов, - отойдя ближе к морю, он достал глушитель и принялся соединять с пистолетом. Подняв на меня спокойный взгляд черных глаз, бросил между делом - ах, да. Если ты отступишь, будешь моим.
Я поперхнулся от такой наглости. Но поскольку отступать не собирался, посмотрел на него с вызовом, готовясь закрыть глаза, и ничего не ответил. Отвлекали горящие губы, учащенно бившееся сердце в груди, холодный воздух, ласкающий волосы. Я смотрел на Тейо. Угасающее солнце снова осветило его, позолотив. Ветер трепал его рубашку, волосы. Он стоял безучастный ко всему, ждал. Небо за его спиной горело, так красиво, что захватывало дух. А я все стоял не в силах оборвать свою жизнь. Уверенность уходила вместе с волнами, слизывающими пену с песка. Я уже не знал, хочу ли прекратить свое жалкое существование, хочу ли я, чтобы все исчезло.