- А что с родителями стало? Расскажете?
- Пока нет, время придёт сами всё узнаете.
Старцы словно сговорившись встали и стали выходить из дома. На улице раздалось приглушенное ржание, стук копыт и через миг всё стихло. Он вышел следом. На дворе остались Иван и тётка.
- Давайте спать, - сказала она, - утро вечера мудренее...
5.
5.
Он пришёл в себя от того, что его куда-то тащили за связанные руки. Голова гудела как пустой горшок. Конец верёвки уходил в кусты и понять кто его тащит и куда никак не получалось.
- Эй – хрипло крикнул Хельг, - что вам нужно? Вы знаете, кто я? - Тащить перестали, в кустах стали шептаться.
- Знаем, знаем не шуми. Нам за тебя и уплочено.
- А плата поперёк глотки не станет?
В кустах затихли. Он попытался сесть и понял, что ноги тоже связаны, кошель с амулетами пропал. Но «сторожа» с шеи не сняли и засапожный нож не забрали. Не зря на кузнеца за серебряную рукоять два лета батрачил. В кустах перестали шушукаться и попытались снова потянуть за верёвку, он упёрся ногами в корень дерева и, без особых усилий, выдернул её на свою сторону. Достал нож и в пару движений разрезал путы. Встал и разминая руки рявкнул в сторону леса: - Сюда идите, некогда мне вас по буеракам гонять! – Зашуршала трава и к нему вышли пять мелких чертей.
- Ну что, рыла, бить вас придётся или сами всё расскажете?
- А что говорить, нам уплотили, велели тебе по башке дать и в озере стопить. – шмыгнув носом, сказал самый крупный черт.
- Кто уплотил? Когда? Где? – Черти молчали, он нахмурился и, что-то тихо прошептал, «сторож» на его шее нагрелся и полыхнул синим в сторону бесов. Те с визгом брызнули по поляне, но далеко убежать не смогли. Хельг, снова, что-то шепнул и они встали как вкопанные.
- Будем говорить или дурака валять?
- Не знаем, мы его не видели, - хором закричали черти - темно было, он в накидке темной был, ростом выше тебя, в плечах широк, голос грубый. Больше ничего не видели.
- Где и когда?
- Вчера ночью, он на нашу поляну вышел, мы даже не заметили, как. Оставил мешочек с самоцветами, рассказал где и когда ты будешь, велел ждать утра, чтобы на самом рассвете. И исчез, никто не понял куда.
- Где мои вещи и лошадь?
- Мы ничего не трогали, всё оставили где тебя с седла сбили, кобыла там же.
- Плату куда дели?
Черти насупились и замолкли. Хельг снова беззвучно шевельнул губами, и «сторож» стал наливаться алым. Черти заверезжали и стали наперебой рассказывать где тайник.
- Я проверю, и, если не соврали, к ночи вас отпустит. Валите отсюда, чтобы я никогда больше не видел.
- Оставишь живыми? – Вытаращив глаза спросил чёрт с одним рогом.
- А что мне с вас? Холодец варить?
- Значит правду про вас с сестрой говорят?
- Иди к дьяволу, говорят им. Погост в какой стороне?
Черти показали. Он развернулся и молча пошел в указанную сторону, вскоре, очутился у входа на кладбище.
– Не далеко утащили, сволочи.
Собрал вещи, пристегнул кошель к поясу, взял лошадь за поводья и повел к дальнему краю могильника. Там, под большим, чёрным камнем был тайник. Черти не обманули, в нем лежал мешок с самоцветными камнями и немного медных монет. Почему черти так падки на самоцветы, никто не знал, но Хельг слышал, что в дальних странах есть народец, которых зовут гномы, мелкие, но сильные и очень рачительные, и тоже жадные до красивых камней. Он забрал всё из тайника, а в ямку насыпал порошка из одного из мешочков Хельги. Шепнул «слово» и завалил тайник обратно. Теперь, если черти вновь вернуться и захотят им воспользоваться, он сразу узнает, и тогда «разговор» будет другим. Погрузив весь скарб на кобылу, он двинулся к дому. Солнце было уже высоко. До избы он добрался без злоключений. Завел кобылу в конюшню, расседлал, насыпал ей овса, сходил к колодцу за водой и напоил лошадь. Оттягивал время как мог, почему-то очень не хотелось в дом. Закончив все дела, он подошел к входной двери и прислушался, внутри, тихо ругались на два голоса. Он распахнул дверь.
6.
6.