— Вы что, — наконец выдавил из себя Элли. — Совсем с ума сошли?
— А что не так? — Хмыкнул правый близнец. — Оригинально.
Эльф нервно хихикнул.
— Да, в оригинальности этому имени не откажешь…
— Эй-эй, — я ничего не понимал. — А мне никто не хочет объяснить, в чем дело?
— А в том, что имя, которое придумали тебе эти оболтусы, взято из изначального языка, — переведя на меня взгляд вернувшихся к нормальным размерам глаз, сказал Элли.
— И что? — Я не понимал, в чем дело. Хоть из изначального языка, хоть из эльфийского, хоть из человеческого. Да хоть из оркского! Хотя, орки здесь не водятся…
— А то, что словосочетание «раалиин эсса» означает «священная месть». А если кому-то дать имя, не прозвище, а именно имя на изначальном языке, да еще если это делают несколько разумных сразу, то поименованный уже не сможет называть себя иначе — такова магия этого мира. Если он не захочет представляться, то ему придется пользоваться прозвищами. Ну там, «Быстрый», «Воитель», «Меткий»… Какие еще прозвища у людей?
Что? Из-за этих оболтусов я теперь не смогу назвать свое настоящее имя?! Я открыл рот… и понял, что не могу сказать: «Меня зовут Мстислав». Словно что-то парализовало мне голосовые связки. Ну, близнецы, ну… Молодцы, блин!
Под моим испепеляющим взглядом братья стали пятиться назад, пока не уткнулись спинами в стоящий у противоположной стороны лежак.
— Раалэс, ты чего? — робко спросил один из них. — Не нравится? А мы так старались…
— Да? — Рыкнул я. — И поэтому меня обязательно нужно было обозвать священной местью. Это кому вы мстить собрались, герои недоделанные?
— Как кому? — Удивился Рэни. Вот его я почти сразу смог отличить от других. Слишком взрослым он кажется… Казался. Эта выходка с именем достойна пятилетнего ребенка! — Госпоже, конечно! Пока она будет ставить над тобой опыты, ты вырвешься и убьешь ее!
Я понял, что сейчас точно встану и пойду убивать. Только не Госпожу, а трех малолетних идиотов!!
С глухим рыком я соскользнул с кровати и шагнул к близнецам. Те с писком кинулись в разные стороны, а меня в последний момент поймал за ремень джинс Элли.
— Стой, Раа… парень, — выдохнул он. — Не начинай бессмысленный бой. Еще успеешь подраться.
— А я и не собирался драться, — опешил я. — Так, дать пару подзатыльников.
— Да? Тогда хорошо. Запомни одно правило, действующее среди рабов: в казарме бои запрещены!
— Да какие бои, — я плюхнулся обратно на койку. — Тут же проход метра три шириной! Не по стенам же бегать…
— Это ты ещё не видел, что творится по утрам, — ехидно протянул Элли. — Тогда действительно не развернешься.
— Кстати, а где все? — Удивительно, почему я не поинтересовался раньше. Ладно, спишем на общую потрепанность организма и шок от перемещения в другой мир, не говоря уже об эльфе с клыками.
— На тренировках, — близнецы, поняв, что бить их не будут, вернулись обратно. — Госпожа предпочитает не пользоваться услугами наемников для гладиаторских боев, а тренирует для этого рабов. И проще, и дешевле.
— Погоди-погоди, — я решил, что ослышался. — Какие бои?
Действительно, откуда в ином мире могла взяться весьма специфическая забава древнеримских императоров?
— Гладиаторские, — повторил Рэни, усаживаясь на кровать напротив. — Знатные и очень богатые люди устраивают их для потехи, ну, и ради приза. Чьи воины победят во всех битвах — тот получает заранее оговоренный приз.
Угусь… Цезари местного разлива…
— А почему вы четверо не на тренировках? — полюбопытствовал я.
Вместо ответа эльф закатал правый рукав, и от увиденного меня затошнило.
Глубокая рваная рана с ярко-красными краями, покрытая черной коркой, выглядела чудовищно. Рука распухла и явно причиняла нешуточную боль.
— Я пару дней назад не успел увернуться от секиры, — пояснил Элли, с усмешкой глядя на судорожно сглотнувшего меня. — Вот и свободен от тренировок до завтрашнего дня.
— Завтрашнего?! — Я подумал, что ослышался. Такая рана, на мой дилетантский взгляд, будет заживать не меньше месяца!
— Ну да, — Элли мотнул головой в сторону близнецов. — У этих троих очень сильная аура. В их присутствии регенерация увеличивается до максимума, потому они и остались здесь в качестве моих личных лекарей. Да и тебя заодно подлечили.
— Да, мы такие! — Эх, близнецам в хоре надо петь, настолько слаженно у них получается.