Охотник спрятался за стальным корпусом, аккуратно прислонив винтовку к подрагивающему борту лодки. Оставалось только ждать. Скоро Награда окажется здесь, и дело будет за малым - отобрать ее у тех, кому посчастливилось выжить на Болотах. И Калебу придется их убить, ведь от этого зависело все дело. Такие жертвы не остановят Охотника, ведь только для того, чтоб попасть на Болота и узнать, где находится баркас, ему уже пришлось убивать и даже пытать. Юг Штатов, пораженный неизвестной болезнью, заполняющей вены мертвецов болезнетворными насекомыми, стоял в плотном кольце армейских корпусов, поэтому попасть сюда мог только человек с целью, выжженной на задней стенке его черепа. Человек упертый, как сумасшедший, перегрызающий вены на руке. Человек, доведенный до отчаяния своей целеустремленностью.
Краем уха Калеб услышал далекие голоса, постепенно приближающиеся к баркасу. Где-то там, в центре Болот, раздавалась хаотичная пальба, но Награда выскользнула из рук преследователей - только для того, чтобы попасть в когтистые лапы Охотника. Мужчина вскинул винтовку и прицелился в густые кусты, скрывающие берег. Сквозь них упорно пробивалась троица - двое мужчин и женщина. Невысокие, жилистые, перемазанные грязью и кровью, они рысью бежали по грязи, вцепившись в оружие до побелевших костяшек. И остановились, только когда увидели баркас, мерно покачивающийся на волнах. На истощенном, уставшем, немолодом лице женщины отразилась легкая улыбка - она была уже совсем близка к спасению, к безопасности стальных бортов и к деньгам, которые Династии отсыпят им за Награду, вырванную из туши очередного монстра, пожиравшего людей на Болотах.
И у охотницы получилось то, что не удается большинству - умереть с улыбкой облегчения на лице. Винтовка Калеба харкнула дымом, пуля свистнула и рванула грязную рубашку женщины. Она дернулась и резко остановилась, неуверенно перебирая ногами по грязи, пытаясь вскинуть оружие слабеющими руками, но ничего не вышло. Охотница оступилась и осела в грязь, заливая мутную воду кровью и харкая, пыталась вдохнуть еще хотя бы раз.
Ее напарники сразу прыгнули в стороны, скрываясь за деревьями. Они действовали молча, стальной хваткой вцепившись в желание выжить. Хорошо, что оба охотника измочалены перестрелками, убийством монстра и длительным забегом по Болотам. Это работало на руку Калебу.
Он закинул Спрингфилд за спину и кинулся через мелководье в кусты у самого берега. Из зарослей напротив хлопнули выстрелы, пули щелкнули по баркасу, запах сгоревшего пороха почти перебил болотное зловоние. Калеб достал из кобуры обрез двуствольного дробовика и медленно побрел сквозь заросли, вслушиваясь в шорохи и голоса давно умерших.
Напарники еще несколько раз выстрелили по баркасу и наконец затихли. Калеб тихо пробирался через кусты, держа обрез перед собой. Он помнил, в какой стороне находился один из противников, и прикинул, что тот должен быть уже близко.
Откуда-то спереди послышалось негромкое гудение, словно слабый ветер заиграл на старой трубе. Кто-то взглянул на мир Темным Зрением, усиленным Наградой, все еще истекающей кровью тех, кого убил ее предыдущий хозяин. Так могли только те, кто связал свою жизнь с Династией и вышел на Болота, чтобы охотиться. И сейчас прятавшийся где-то в кустах мужчина мог видеть Калеба даже сквозь кусты и деревья, ведь сама его душа ярко пылала, раздуваемая дыханием мертвецов и хорошо заметная сквозь Темное Зрение.
Но если ты слышишь, как его призвали, значит, твой противник где-то рядом. Калеб взвел курки обреза и остановился, ожидая, когда его обнаружат.
-Он здесь, за куст…. - Успел крикнуть напарник, пытаясь вскинуть висевшее на ремне ружье.
Обрез глухо бахнул, дробь рубанула листья, и сквозь заросли послышался громкий вскрик. Калеб рванулся вперед, проломился сквозь кусты и направил дробовик на валяющегося в грязи окровавленного мужчину. Раненный пытался встать на ноги, хватаясь за развороченное плечо, или хотя бы поднять оружие - защититься, кинуться, вцепиться зубами, пальцами, рвануть, разорвать. Но он мог только подскальзываться в кровавой грязи и сверлить врага яростным взглядом, полным разочарования и ненависти. Он был так близко к спасению, нужно было только протянуть руку и взобраться на стальной борт баркаса. Взгляд ветерана, угодившего в перестрелку за день до отправки в тыл. Калеб направил обрез в лицо мужчине и нажал на спуск. До самого последнего момента, пока дробь не разметала череп по болоту и не отбросила изломанный труп охотника в мутную воду, во взгляде напарника не было страха - только ненависть.