–Цукино, вставай. Мне уже пора уходить на базар.
–Хорошо, бабушка, –сонно произнесла девочка, поднимаясь с постели, попутно накидывая на свои худые плечи вязаную курточку и направилась провожать бабушку.
Нежно погладив ребёнка по волосам, она сказала напоследок,”я люблю тебя” и, не дождавшись ответа, вышла из дома, неся с собой корзинку с разными цветами и травами, которые она уже успела собрать.
Идя сквозь заросли, старушка вышла на небольшую тропинку, ведущую прямиком в один из самых больших городов в Японии.
Священное дерево Кусуноки росло в центре Киото. Его корни были настолько большие, что они уже не вростали в землю, а оставались на поверхности. Каждый день туда приходили старики с невзгодами, искавшие божественной помощи. Каждый старался принести им немного подати. Зачастую это была горстка риса или пресные лепёшки. Некоторые старцы не могли позволить себе приправы, поэтому ограничивались безвкусными лепёшками, которые лишь немного отдавали рисом.
С приходом к власти клана Неби, улицы строго патрулировали его воины. Некоторые старики даже не могли донести угощения для богов к дереву, ведь по пути их попросту отбирали. Но никто не мог даже возразить,опасаясь неминуемой кары. Головорезам было неважно, ребёнок ты или старик. На плаху шли все.
Старушка прошла мимо этого дерева, попутно прочитав молитву. Задерживаться было опасно. Наёмники могли посчитать это за неуважение к ним.
Она отыскала своё привычное место на рынке, рядом с другими лавками, что продают похожий товар, если даже не лучше. И только–только присев, она заметила бородатого мужчину средних лет, что направлялся прямо к ней. На мужчине была маска из ткани, закрывающая часть его лица. Даже не смотря на тёплую погоду, на нём было хаори–традиционный японский наряд. Он был достаточно мешковатым, поэтому в нём было горадно жарче, чём в обычном хаори.
–Почём лаванда?
"Знакомы голос. Даже слишком знакомый",–пронеслось в голове у травница.
–Десять медных за ветку, господин.
–Тогда, будьте так добры, две.
–Как скажете.
Аккуратно заворачивая веточки лаванды, мужчина вдруг решил продолжить беседу.
–Люди клана Неби совсем уж распоясались.
–Отчего это так?
–А вы не слышали? Гуляет слух, что к главе приходила гадалка и рассказала ему его судьбу.
–И что же та ему поведала? Богатства, небось?
–Да лучше бы богатство! Хотя, куда уже ему... Она сказала, что тот умрёт от рук белоглазого человека.
–И что, тот поверил в её слова, али нет?
–Поверил, ещё как поверил. Глава взбесился, да так, что начал искать этого человека. В каждый дом своих людей отправляет, хочет найти белоглазого человека. Говорят, что уже завтра в лес направится.
–А зачем в лес? Там же кроме зверей никто не живёт,–проговорила чуть дрожащим голосом женщина.
–Глава посылал туда своего приближенного за цветами для дочери. Тот вернулся и рассказал, что видел посреди леса небольшой домик. Оттуда выходила женщина с ребёнком. По виду, там была девочка лет десяти. Поначалу хозяин не обратил на это внимания, а потом решил проверить. Вдруг у малышки белые глаза? Ох, что–то я совсем разболтался. Вот, пожалуйста, двадцать медных.
–До свидания, господин.
Взяв деньги и положив их во внутренний карман, старушка явно начала нервничать, комкая ткань на юбке.
Старушка, дождавшись пока уйдёт господин, сорвалась со своего места, оставляя свой товар, и направилась в лес, стараясь успеть к своей внучке.
***
Цукино
Утро для ребёнка началось как обычно в одиночестве. Бабушка с первыми лучами солнца уходит в город продавать травы и лекарства знати. Ведь только её средства пользовались большой популярностью. Лекарства, кстати, она делает исключительно сама. Каждый день она проводит у котелка часа два, готовя целебные зелья. А в промежутках между закипанием травы учит девочку письму и счёту, а после этого они всегда идём собирать цветы на продажу. Но бабушка с внучкой никогда не отходили далеко от дома. По крайней мере, девочка уж точно.
Бабушка всегда говорила, что за пределами леса живут страшные и жестокие люди, что хотят похитить любого ребёнка без присмотра, а потом продать подороже. Работорговцы. С приходом нового главы, для продажи людей был выделен целый город.