— Можно попытаться прощупать моих бывших и действующих коллег, — предложил Зевс. — Такую систему мог создать достаточно компетентный в нашей области человек.
— Занимаемся.
При таких «объемах производства» они должны где-то высвечиваться.
— Высвечиваются. В Москве, например, видели машины «скорой помощи» — они увозили пропадающих потом с концами людей. В местах межнациональных конфликтов угоняют из сел людей, как домашний скот. Да еще пленные…
— И держат в лагерях, как Лунева.
— Скорее всего такой лагерь у них не один, — предположил Одиссей. — Что-то неладное с некоторыми фирмами, нанимающими людей для работы за границей. Московская налоговая полиция взяла на днях одну такую контору. Фирма «Гейша». Ее босс, некто Иосиф Немцович, в прошлом известный артист, сейчас в изоляторе в Бутырках.
— Надо попытаться выцарапать его оттуда.
— Сделаем.
— И еще, — Зевс вынул мундштук изо рта и раздраженно положил его на стол. — Что ты слышал о препарате ти-тропазин?
«Черная фармакология». Ти-тропазин появился на нелегальном западном рынке год назад. Точнее, не один препарат, а целая группа на его основе. Официально не разрешен. Ни в одной стране не распространяется легально, Но результаты по диабету, опухолям, геронтологии — потрясающие.
— И тоже концы ведут в Россию.
— Одна из версий.
Ведут. Ти-тропазин имеет отношение к программе «Гиппократ». Сто процентов… Завтра мне на утверждение план мероприятий.
— Есть, — усмехнулся Одиссей, подумав, что бюрократия пробилась и сюда.
— Последний вопрос — что по Ратоборцу? — осведомился Зевс.
— Проверка завершена. Чист. Безупречен.
— Ты уверен, что он действительно нам нужен?
— Индекс выживаемости — под тысячу!
— Что-то наши эксперты напутали. Такого не бывает.
— Бывает. Я видел его в деле. Он обучался у Лесовика.
— Лесовик — просто легенда, — возразил Зевс.
— Нет, не легенда… Вообще наши проверки — это формальность. Одно то, что он ученик Лесовика, — само по себе рекомендация.
— Ладно. Кто с ним выйдет на контакт?
— Я, — уверенно произнес Одиссей. — Кто же еще?
Когда?
— В ближайшие дни. Надо только тщательно продумать — как…
⠀⠀ ⠀⠀
*⠀⠀ *⠀⠀ *
С работой в последнее время у Глеба было туговато. Знание немецкого и еще двух европейских языков по нынешним временам — большое богатство. Можно зарабатывать неплохие деньги. Два месяца Глеб проработал в фирме у надутого индюка — бывшего секретаря одного из подмосковных райкомов ВЛКСМ. Эти два месяца оказались, пожалуй, самыми тяжелыми в его жизни. Служить толмачом на переговорах с немцами, участвовать в последующих за переговорами гульбищах. Кроме того, все в душе протестовало против участия во всеобщей растащиловке нажитого поколениями русских людей имущества (а кроме растащиловки да пускания пыли в глаза бывшие комсомольцы обычно мало что умеют). Да еще там все пропахло липой. Глеб чуял опасность — когда-нибудь офис фирмы «Рюйтель» или взорвут бандиты, или разгромит налоговая полиция.
— Приедет эта жирная немецкая свинья — Густав из Франкфурта, — заявил однажды бывший «комсомолец». — Наклевывается крутой контракт. Надо напрячься. И жопу ему отлизать по первому классу.
— У меня хорошая идея, — сказал Глеб.
— Какая? — заинтересовался «комсомолец».
— Ты ему жену свою — Люську в постель подложи. Немцы блондинок обожают.
— Что? — возопил «комсомолец». Слова Глеба поразили его. Обычно переводчик был исключительно вежлив и не позволял себе ни единого лишнего слова.
— А что? Родину-то ведь им продаешь. Почему бы и жену не отдать?
— Ты… Ты… — «Комсомолец» налился багровой краской. — Да я тебя…
— Уволишь? Подавись, — Глеб вынул из нагрудного кармана пропуск в здание, смял его и бросил на стол.
— Пробросаешься! Без пособия вылетишь!
— Подавись своими деньгами… С комсомольским приветом. — Глеб похлопал «комсомольца» по лысине.
— Выкиньте его взашей! — завизжал босс заскочившим в кабинет охранникам.
— Не напрягайся, Лех, — кивнул Глеб охраннику в камуфляже, и тот только пожал плечами.
— Выкинуть, я сказал!
— Так он уже ушел, — развел руками второй охранник.
— Вот гад… Кто бы мог подумать, — «Комсомолец» протер лысину ладонью. — Тихоня.
Так Глеб остался без зарплаты. Да и вообще без денег. И еще — понял, что для отечественного бизнеса человек он конченый. Поэтому сразу же отверг предложение своего знакомого торговать турецкими джинсами на барахолке на Северо-Западе. Взял газету «Ищу работу» и начал обзванивать работодателей.