— Так! Это уже интереснее. Кто продает?
— Ей-Богу, бакланы натуральные. Дешевка. Не знают, что досталось в руки.
— Не наживка?
— Непохоже.
— Проработать вопрос и доложить.
— А что с прокурором, Роман Анатольевич?
— На допрос с пристрастием. Хоть с этим твои подонки справятся?
— О чем разговор.
— Смотри, Чумной. Ты меня знаешь.
«Знаю я тебя, — подумал Чумной. — Кое в чем даже Мертвяк по сравнению с тобой просто агнец…»
⠀⠀ ⠀⠀
*⠀⠀ *⠀⠀ *
Генерал Бородин опять спасался коньяком. Менялось давление, да еще магнитные бури — для гипертоников такие дни — мука мученическая. Таблеток же генерал не признавал.
Он задумался, вспоминая о том, как создавался. «Легион». Начали работу в восемьдесят девятом, и идея эта принадлежала ему.
Бородин имел небольшой стаж оперативной работы, зато был аналитиком экстра-класса и собрал вокруг себя людей, которые могли дать тысячу очков вперед любому астрологу. Они видели направления течений и ветров, движущих российский корабль, делали прогнозы, развития событий, которые обладали жутковатой особенностью сбываться. Жутковатой — поскольку прогнозы эти были чересчур мрачными. Тем более что из всех вариантов развития событий Россия упорно выбирала худшие.
Тогда, в восемьдесят девятом, аналитики Бородина расписали довольно точный сценарий развития политической обстановки в стране на ближайшие несколько лет. Все шло к краху Советского Союза и раздроблению его на полтора десятка стран латиноамериканского типа, к развалу экономики и оборонной мощи. В докладе на имя Председателя КГБ содержался и ряд предложений по мерам, которые могут стабилизировать обстановку. Из-за их жесткости приняты они не были, и шанс предотвратить большую беду был упущен. Впрочем, кое-что в доклад не вошло. Например, выводы, что эти самые предложения быть приняты не могут, никто не возьмет на себя смелость сделать шаг и сдержать лавину. Опять понадеются на русское авось, успокаивая себя словами «ученые эти еще и не то напридумывают».
Но все-таки кое-какие вещи удалось протащить. Например, решение о создании на случай неблагоприятного развития событий собственных теневых политических; экономических и боевых структур. Сверхсекретный проект «Олимп». Им занялся Бородин. Подбирал людей. Создавал базы. Внедрял агентов в государственные и коммерческие организации. И остро чувствовал, что не успевает. Что события гораздо быстрее выходят из-под контроля. ГКЧП пришел почти на год раньше, чем предполагалось в докладе. Зато закончили его в полном соответствии с прогнозами. А дальше все пошло точно по прогнозу распад СССР, взрыв межнациональных конфликтов развал Вооруженных Сил и органов государственной безопасности, крах промышленности и науки, распоясавшаяся преступность и утерявшее всякий стыд коррумпированное чиновничество, длинная вереница алчных, убогих и вредных политических болванчиков.
Создать организацию, способную влиять на развитие событий в государстве, Бородин не успел. Эх, если бы еще немного времени, чтобы осуществить в полной мере задуманное… Но времени не было. Однако «Легион» с каждым годом наращивал мощь. Кое-что удавалось сделать. Сорвали передачу российских территорий иностранным государствам, заключение ряда особо кабальных контрактов, принятие убийственных для России законов, нейтрализовали наиболее наглые акции зарубежных спецслужб. «Легион» мог действовать. И действовал. Не отчитываясь ни перед кем. По усмотрению Бородина и высшего консультативного органа, состоявшего из опытнейших аналитиков.
Стоило ли начинать войну с «Синдикатом»? Многие сомневались в этом. Не дело — размениваться на борьбу с организованной преступностью. Но Бородин знал — надо. Они не просто столкнулись с обнаглевшей бандой. Тут крылось нечто другое. Возможно, структура, схожая с «Легионом», но с совершенно иными целями. Не говоря уж об этике. В том, что творил «Синдикат», сошлось самое гнусное и отвратное в современной России. Столкнулись не просто противники, не просто полицейские и воры. Столкнулись два принципа.
— Результаты химического анализа перехваченного нами ти-тропазина, — Артемьев протянул Бородину папку с материалами. Зевс пробежал глазами по листкам.
— Научные заклинания — Бородин отодвинул от себя папку и устроился поудобнее в кресле. — В двух словах изложи основное.
— Сверхсложное синтетическое вещество. Производственный процесс — загадка. Это химия и фармацевтика двадцать первого века… Наши спецы считают, что для создания препарата необходимы вещества, получаемые из человеческих органов.