Не удержавшись, она злорадно улыбнулась Сету, надеясь, что улыбка вышла не менее пугающей, чем у него.
– Шах и мат, – объявила Коко, указывая на Брайана, у которого на запястье были часы Олли.
Сет заметил их и поджал губы. Затем перевел взгляд с часов на саму Олли, которая все еще опиралась на Коко. Иней, покрывавший ее веки, постепенно таял. Коко увидела, как в глазах Сета отразилось осознание: он понял, как она решила задачу.
Комната наполнялась дымом, но это уже не имело значения. Из коридора уже доносился вой пожарной сигнализации. Сквозь горящую занавеску можно было разглядеть, что за окном разгорается розовато-жемчужный рассвет, освещая мир, укрытый белым одеялом нетронутого снега.
– Я перехитрила вас в шахматах, – сказала Коко Сету. – А вы, в свою очередь, попытались перехитрить меня. Отвлечь меня этими дурацкими костями, чтобы мы всю ночь бегали по дому и искали их. А на самом деле разгадка была проста: Олли и ее часы. Может, хватило бы даже доски Уиджа, если бы мы сразу догадались. Что-то, что существует по обе стороны зеркала, открывает дверь между мирами. И еще, судя по всему, нужен огонь.
Сет, похоже, разрывался между злобой и восхищением. Друзья Коко встали по обе стороны от нее.
– Мы победили, – твердо произнесла Олли. Вода стекала по ее лицу, как капли дождя. Оттаявшие глаза ярко сверкали. – Коко победила. Убирайтесь отсюда.
– Народ, – встрял Брайан с присущей ему практичностью, – не обращайте на него внимания. Он просто придурок, который хотел нам напакостить, но ничего не вышло. Кто-нибудь знает, где тут у них огнетушитель?
Коко ожидала, что Сет разозлится. Однако его лицо стало совершенно бесстрастным. Это отчего-то напугало ее намного сильнее.
Потом он вдруг отвесил им старомодный поклон, который в его исполнении выглядел совершенно непринужденно. Сет сверкнул глазами и улыбнулся им своей волчьей улыбкой.
– До новых встреч, – сказал он и исчез в клубах дыма.
В комнате и так уже было нечем дышать, поэтому ребята поспешили выскочить в коридор. Но в последнее мгновение Коко успела оглянуться на зеркало и увидеть, как призраки на другой стороне растворяются, превращаясь в дым. На их лицах читалось облегчение.
«Спасибо», – произнесла Гретель одними губами и растаяла в лучах света.
19
Олли, Брайан и Коко нашли огнетушитель как раз в тот момент, когда мистер Адлер, громко топая, взбежал по лестнице. Мама Коко и Уилсоны влетели на второй этаж вслед за ним. Папа Олли увидел огнетушитель, выхватил его у Брайана и принялся заливать горящий пол и занавески. Мистер Уилсон присоединился к нему со вторым огнетушителем в руках, а через несколько напряженных секунд заработала противопожарная система, обливая всех водой с потолка.
Когда огонь погас, на несколько секунд воцарилось молчание.
От дыма и бессонной ночи у Олли, Брайана и Коко слезились глаза. Ребята кашляли, стоя посреди комнаты и не зная, что сказать.
– Что случилось? – спросил папа у Олли.
– Мы услышали пожарную сигнализацию, – без запинки соврала та, продолжая кашлять, – и побежали наверх. Вы все так крепко спали… Но ничего страшного. Брайан бойскаут, он нашел огнетушитель. Ничего страшного не случилось. Ничего страшного. – С каждой секундой она бормотала все более бессвязно, пока вдруг не заплакала, кинувшись на шею папе. Отец слегка озадаченно заключил ее в объятия.
– Коко, – спросила ее мама, – что у тебя с губой?
Та облизнула ссадину, оставшуюся после удара об дверь.
– Да так, – отмахнулась Коко, – упала. Мы с Брайаном вместе упали.
У него тоже была разбита губа.
Мама недоверчиво приподняла бровь.
– По дороге в туалет, – продолжила сочинять Коко. – Мы, э-э, поскользнулись.
Брайан нервно кивнул.
– Ладно, – спокойно сказала мама. – Но надо обработать рану. – Она обняла Коко и Брайана.
За окном над горой Хемлок уже поднималось солнце. Все и впрямь закончилось. Они победили.
Она победила.
Олли отстранилась от папы, вытирая слезы.
– Не знаю, как остальные, – заявила она, – но я хочу поехать домой сегодня же. Простите. Ночь была… странная. Я хочу домой. – Олли бросила извиняющийся взгляд на Уилсонов, но те ее даже не слушали. Они осматривали спальню, причитая над разбитым стеклом и копотью, оставленной пожаром.
– Ладно, – сказал мистер Адлер, с тревогой глядя на Олли. Она была белая как мел, а щеки блестели от слез и талой воды. – Ты уверена, Оллиненок?
Олли кивнула.
– Тогда пойдем собираться, – объявил ее отец.
Олли, Брайан и Коко поспешили собрать вещи.