— Держи! — Вадим вынул из кармана и передал ей фонарик. — Я же его с собой в подъезд брал, забыла что ли? Дай шапку.
Татьяна, встав на колени на переднее сиденье, включила фонарик, а ее сообщник, обойдя автомобиль сзади и раскрыв дверцу, двумя кусками обычной бельевой веревки связал Мишане сначала ноги, а потом руки, заведя их за спину, после чего тщательно обыскал его.
— Ну, что там?
— На, посмотри. Эту штуковину он собирался нам задвинуть?
— Ее! — взяв половинку записной книжки, подтвердила девушка. — А второй части нет?
— Нет, только одна. Наколол, падла! Ну, это ему зачтется!
Он заблуждался, Мишаня их не обманывал. Во всяком случае, в том виде, в котором они имели в виду. Второй части лже-дневника вообще не существовало: Авдей Доломанов счел за лишнее фальсифицировать еще и ее…
Кроме ключей от квартиры и небольшой суммы денег в карманах пленного больше ничего не было. Всю добычу Вадим передал подруге. На всякий случай он тщательно прощупал одежду, не обошел вниманием даже зимние кроссовки. Неожиданная заминка произошла с пейджером: он никак не мог отсоединить его от ремня, к которому тот намертво был приторочен. И ремень в шлевках джинсов сидел до того туго, что вытащить его с учетом массы неподвижного тела, не было никакой возможности.
— Что ты там возишься?
— Пейджер не могу снять!
— Брось! Потом снимем, в более спокойной обстановке!
— Тоже верно, — оставил свою затею молодой человек. — Еще будет возможность.
— Вот и я говорю.
Мишаня еле слышно застонал и пошевелился.
— Очухивается, мудак! Давай сюда скотч!
Девушка передала своему подельнику кусок липкой ленты и тот пришлепнул его на лицо приходящего в себя пожарного.
— Прими подарочек!
— Не задохнется?
— Ничего, у него пятая точка разработана, пусть ею дышит! — хохотнул Вадим. Он несколько раз хлопнул Мишаню ладонью по щекам. — Давай, милый, просыпайся! Не дома!
— Зачем ты это делаешь? Приедем на место, там и приведем в себя.
— Поговорить с ним хочу.
— А потом нельзя этого сделать? Тебе что, приспичило?
— Отвали! Без тебя разберусь, как мне поступать! У меня сейчас настрой такой, понятно? Хочу, чтобы он пришел в сознание и завыл от ужаса!
Мишаня открыл глаза и тут же зажмурил их от направленного в лицо света фонарика.
— Вот и отлично! — с удовлетворением произнес Вадим. Он захлопнул заднюю дверцу, сел за руль, но трогаться не спешил. — Ты там сильно не вошкайся, чехлы протрешь! И не обоссысь со страху, понял! А то сам все вылизывать будешь!
Мишаня активно заворочался и сел. Водитель, повернувшись, с силой ударил его кулаком в лицо, и он завалился набок, головой к левой дверце.
— Лежать! — прикрикнул Вадим. — Попробуй еще хоть раз сесть! Башку проломлю! С кем ты связался, педрила несчастный! На кого клык свой опоганенный обнажил! Правильно Танька говорила, что ты болван болваном, но я не думал, что до такой степени, — уже спокойно, почти весело продолжал он. — Надо же, поверил, что его адреса не знаем! Поскакал как горный козел прямо мне в руки! Ну и где вся твоя сила, амбал? Где все твои десантные приемчики? Да ты против меня сявка, и я тебе это еще докажу. Погоди, доедем до места!
— Поехали уже! — нетерпеливо и чуть раздраженно произнесла Татьяна.
— Не командуй! Поеду, когда сочту нужным! Чем тебе здесь не нравится? Темно, тихо, никаких ментов… А сегодня вообще ментов в городе мало, — вновь повернулся Вадим назад. — Я специально заранее по маршруту проехал, ни одного гибдэдэшника не стоит! Как говорит моя подруга: звезды за нас. Тебя интересует, куда мы поедем? Факт, интересует. Могу сказать. На Казенной заимке есть один недостроенный коттедж. Стоит на отшибе, и поблизости ни одного жилого дома, только, недострои. В одной комнате там стоит печечка, так что мы не замерзнем. Там мы с тобой мило побеседуем. И нам никто не помешает. Можешь орать, вопить сколько влезет — ни одна живая душа не услышит. А орать и вопить ты обязательно будешь, ой как будешь! Ты нам все расскажешь, что знаешь и что не знаешь. Уж поверь мне, расскажешь как миленький. И где вторая часть дневника, и кто еще в курсе, если такие есть…
— Вадик, тебе это доставляет удовольствие?
— А хоть и доставляет, тебе-то что! — оборвал молодой человек подругу. — Потом мы посетим твою квартиру, — опять обратился он к Мишане. — Без тебя, конечно. Может быть, следующей ночью. Посмотрим, не оставил ли ты там чего против нас. Вдруг ты меня послушался, недоумок, и накарябал какую-нибудь записку, или записал наш телефонный разговор на магнитофон. Ха-ха! А может, у тебя там денежки есть. Ты нам сам расскажешь, где их прячешь. Ладно, поедем, а то моя девочка вся испереживалась. — Вадим тронул машину с места, продолжая говорить: — Мы сильно гнать не будем, а то у меня резина — не очень. Не успел еще поменять. А теперь уже и смысла нет: скоро новую тачку куплю. Нет, ну надо же, хорек дырявый! Мозгов как у пингвина, а туда же! А Танчик у меня молодец! Это она твой адрес узнала. В справочной-то его нет, так ты думал, все шито-крыто. А Витяшину сестрицу не учел. Х-ха! И она же придумала, как тебя ночью выманить. Купился ведь ты на нашу историю с отъездами-приездами, купился! И как тебя, такого кабана, с копыт свалить, тоже она. Классная газулька, а? Такой здесь не купишь, такие здесь даже запрещены. Танюшка из Турции привезла. Нервно-паралитический, действует недолго, но бьет на убой…