— А художники! — продолжал свою лекцию Витяша. — Не будем тревожить весь этот сонм великих имен? — Мишаня, уловив в речи друга вопросительные интонации, зачарованно кивнул. — Хорошо, не будем! Достаточно упомянуть только два имени: Леонардо да Винчи и Микеланджело Буонарроти…
— А, это который в фильме "Сватовство гусара" картину нарисовал! Знаю!
Витяша поморщился и укоризненно произнес:
— Мишаня! Ну как так можно!
— Да я ничего, — сконфузился тот. — Просто кино вспомнил.
— А философы! — махнув рукой, продолжал Витяша. — Сократ, Гораций, Вергилий, Катулл…
— И Катулл? — желая повеселить приятеля, покачал головой Мишаня. — Кто бы мог подумать! Нет, про Катулла я определенно не знал!
— Как и про всех остальных! — оценив шутку друга, рассмеялся Витяша. — Но не только люди науки, искусства были гомосексуалистами. Александр Македонский, Фридрих Великий, Юлий Цезарь!.. Да мало ли кто! Скажем, выдающийся английский разведчик Лоуренс Аравийский. В Англии, если верить Олдингтону, с ее системой закрытых воспитательных учреждений, чуть ли не каждый второй мужчина является носителем нетрадиционной сексуальной ориентации, просто большинство это тщательно скрывает. И, как видишь, Англия — не самая захудалая страна в мире.
— А Германия? Франция?
— Да везде одно и то же! Можешь прибавить сюда и Россию.
— Ну да, наш шоу-бизнес…
— Шоу-бизнес, балет, кино и прочая, и прочая… везде. Не стоит даже перечислять всех этих Фреди Меркьюри, Элтонов Джонов, Рудольфов Нуриевых и Борисов Моисеевых, а то мы с ними до утра не расхлебаемся и все равно большую часть упустим.
— Точно. Ну их всех в жопу!
— Мишаня! Зачем так грубо! Это некультурно! Прошу тебя…
— Да ладно ты. Я человек простой, и нечего лепить из меня образцового педика.
— Я чувствую, что вон та коза уже окончательно набралась наглости и вот-вот подойдет к тебе знакомиться. Если она это сделает, я ей всю рожу расцарапаю!
Мишаня обернулся в ту сторону, куда смотрел его друг и увидел трансвестита в платиновом парике и женском платье с поразительно ярким макияжем на лице.
— Вон та что-ли?
— Именно!
Мишаня бросил на трансвестита суровый уничтожающий взгляд, и тот кокетливо потупился, хотя было незаметно, чтобы он очень уж сильно стушевался.
— Слишком много краски на портрете, как у ирокеза, — прокомментировал Мишаня. — Я таких не люблю.
— А вон те девахи вроде ничего, — кивнул Витяша в сторону одного из столиков, за которым сидели двое лощеных мужчин, лысоватый брюнет и шатен, оба лет тридцати пяти, похожие на банковских клерков. — С ними можно познакомиться.
— Еще не вечер. Посмотрим по ходу пьесы. Может, и познакомимся.
— Конечно. Так, надо бы еще что-нибудь заказать, как ты считаешь?
— Только не коктейль. Бурда какая-то, зря я тебя послушал..
— А мне нравится. Я бы еще такой выпил, с твоего позволения.
— А я возьму себе пивка. И водочки немножко. Грамм сто.
— Только не больше, а то знаю я тебя! Зальешь глаза и будешь никакой!
— Ладно, не дергайся. Пойду принесу.
— Зачем ходить? Позови официанта, вон он стоит, скучает.
— Нет, разомнусь немного. Закуску какую-нибудь заказать?
— Возьми фисташки. Ну, себе что хочешь к пиву. Рыбки там…
— А посущественней?
— Ты что не наелся? Мне ничего не надо, я достаточно сыт.
— Ну, тогда и мне не надо.
Мишаня встал из-за стола и пошел к стойке. Головы большинства посетителей дружно повернулись в его сторону.
Он уже сделал заказ и ждал, пока бармен приготовит напитки, когда входная дверь распахнулась и в "Менестрель" ввалилась довольно шумная компания.
Их было четверо. Наглых и уже поддатых. Несмотря на настойчивые увещевания гардеробщика, они отказались раздеться и были теперь все в почти одинаковых кожаных куртках, а один еще и в перчатках, хотя погода стояла довольно теплая.
— Ну-ка, нацеди нам пивка! — обращаясь к бармену, развязным тоном бросил один из вошедших. — Да побыстрее, трубы горят!
Один из парней, могучего телосложения и самый пьяный, сел на высокий стул за стойку бара, положив на нее внушительные кулаки и уставился угрюмым взглядом в зеркальную витрину. Остальные остались стоять. Тот, что в перчатках, внимательно осмотрел присутствующих и, что-то поняв, хмыкнул.
— Мужики, куда это вы меня притащили?
— А что? — глянул на него через плечо тот, что сделал заказ.