В тишине… Позволив темноте…
Вскоре я уже вижу между деревьями место, куда мы направляемся, – похожее на могилу отверстие в земле. Даже среди царящей вокруг темноты оно выглядит черным пятном. Отверстие большое и неровное; я понимаю, куда оно ведет.
Айне не требуется приказывать мне идти к нему. Я сама направляюсь в ту сторону и, остановившись у края, смотрю вниз, но из-за темноты мне не видно, насколько глубоко уходит дыра.
– Что… – бормочет Роберт за моей спиной.
Я отвечаю, прежде чем он успевает продолжить фразу:
– Шахта. Это вход в туннели.
– В нашу церковь, – шепчет Айна. Ее голос сливается с шорохом веток в кронах деревьев. – Прыгайте, – приказывает она громко.
– Что? – спрашиваю я и начинаю оборачиваться, но чувствую кончик ножа сзади у своей шеи и замираю на середине движения.
– Прыгай, – повторяет она; холодный металл касается моей кожи и, впиваясь в нее, причиняет легкую боль. – Прыгай, или я столкну тебя. Нам надо к ним.
Но я все равно не решаюсь шагнуть в темноту.
– Прыгай! – резко командует Айна. Я получаю сильный удар ногой в спину, а поскольку стою на самом краю, у меня нет времени среагировать на него.
Я падаю.
Тогда
Спускаясь вниз, в темноту, она старается крепче держаться потными пальцами за перекладины. Они шершавые и занозистые; судя по ним, лестницу явно сделал на скорую руку кто-то не особо сведущий в этом деле.
Внизу царит кромешная тьма, и единственным источником света служит факел пастора; он освещает туннель в обоих направлениях.
Штольня, по которой они идут, когда-то, наверное, использовалась для транспортировки руды, поскольку она длинная и наклонная. Стены в ней шершавые и сырые. Здесь холоднее, чем на поверхности.
Пастор продолжает шествовать вниз, и Эльза спешит за ним, стараясь не отстать, чтобы не оказаться в темноте наедине с молчаливой толпой, шагающей позади. Она видела их истинные лица. Как текла слюна из уголков их ртов и как горели их глаза при виде крови. Наблюдала, как они возбужденно дышали, когда слышали, как под ударами камней трещат кости.
Раньше Эльза верила, что все вернется в нормальное русло, если ей удастся заставить пастора исчезнуть. Но сейчас она знает правду.
Ничего не получится. Эти люди пересекли границу, через которую уже не перейдешь обратно.
Горящий факел, двигающийся перед ними, спускается все дальше в подземный мир. И сам пастор сейчас является светом, за которым все следуют в темноте. Это выглядит очень символично и производит сильное впечатление. Наверняка Матиас тоже знает об этом и действует так намеренно.
За всю свою жизнь Эльза была внизу лишь дважды, хотя Стаффан проработал в шахте двадцать четыре года. И никогда не спускалась так глубоко. Воздух здесь более плотный, дышать тяжелее, стены давят. Такое ощущение, словно она чувствует на себе вес породы, находящейся над ее головой. Тысячи тонн земли, камней и руды, которые каким-то чудом не обрушиваются вниз.
Откуда они могли знать, где им копать, чтобы попасть внутрь? Но, пожалуй, здесь нечему удивляться. Ведь сотни жителей города, идущие сейчас позади нее, когда-то трудились на шахте. И им было известно, как шли туннели. Они понимали, где безопасно копать и взрывать.
Эльза не успевает зайти дальше в своих мыслях, поскольку штольня, по которой они идут, внезапно расширяется и они оказываются в некоем подобии пещеры.
Единственный факел не может осветить ее целиком, но вполне дает представление о том, насколько она велика. Высота пещеры порядка трех-четырех метров, и она довольно длинная. Эльза не сомневается, что в ней хватит места для всех. Непонятно только, естественного она происхождения или это одна из самых старых выработок, оставшихся с той поры, когда шахта была новой, а Сильверщерн представлял собой маленькую деревушку посреди леса.
В центре пещеры находится мелкое озеро, по размерам ненамного превышающее лужу. Именно к нему они сейчас и приближаются – Эльза, и Ингрид, и Дагни, и пастор Матиас, в компании всех прихожан, следующих за ними. Пастор останавливается у края воды и поднимает факел. Он ничего не говорит, давая свету сыграть свою роль.
Когда подходят остальные, Эльза чувствует какой-то новый запах помимо запахов железа, камня и воды. Он более резкий, сладковатый и щиплет ноздри. Она опускает взгляд вниз, к тому месту, где неподвижная прозрачная вода окружила большой темный валун, покрытый засохшими пятнами чего-то.