— Кто это подписывал? — требовательно спросил Шелдон.
Она прочитала каракули.
— Должно быть врач. На рецептах подчерк и то разборчивей.
— И как, черт возьми, мы должны проводить аудит?
— Какой аудит? — Лора не строила из себя дурочку, но она была твердо убеждена, что эти вопросы нужно решать за пределами примерочной, в которой действуют свои правила. И об этих правилах адвокат точно был не в курсе.
— Аудит — это совершенно законный процесс, посредством которого я похороню вас всех.
Мама, которая правила знала и никогда бы не позволила издеваться над своей дочерью, шагнула между ней и Шелдон ом.
— Вы можете поговорить после примерки. Теперь, шшш. За шипела мама, глядя в упор на Шелдон а.
Все знали, кто такой Шелдон. Все знали, что он может закрыть их мановением руки. И все знали, что он потерял свою жену за последние двадцать четыре часа. Кроме мамы.
Мама и Шелдон посмотрели друг на друга. Ноэ обернулась, чтобы посмотреть, что происходит, Лора и Кармелла понятия не имели, что делать, и даже две модели перестали курить в сторонке.
— Шшш? — спросил Шелдон.
Мама взяла его за запястья. Держа их, она посмотрела ему в лицо, и повторила:
— Шшш.
Он махнул рукой.
— Все, вон! Кыш.
Они продолжили. Лора сделала быстрый расчет. Примерка был в значительной степени выполнена. Не хватило времени, чтобы провести её за запланированные восемь часов, плюс нужно поговорить с Шелдон ом, иначе он опять что — нибудь выкинет. У нее было больше фотографий, чем она могла рассчитывать показать Джереми на следующее утро.
Лора собрала свои вещи, модели, Кармелла, стажеры и Тиффани поспешили из комнаты.
Шелдон повернулся на каблуках и ушел. После его ухода комната наполнилась шелестом сумок и одежды. Когда Лора выкатывала вешалку с моделями, она увидела рубашку Ноэ, свернутую и брошенную поверх сумки. Это был искусственный джинсовый бархат, который Джереми заказывал перед праздниками. И, даже если учесть, что глаза у неё сонно слипались, она не могла не заметить дефект на изделии. Направление кроя не совпадало. Отделка низа или рукава могли не совпадать по цвету, особенно на свету, из-за того, что части кроились в разном направлении нити. Никто не заметил бы это. Если не приглядываться, или если куртка стоит пару тысяч. Но Лоре это сразу бросилось в глаза. Все ткани на производстве Джереми кроились по долевой нити в одном направлении.
А куртка Ноэ была выкроена против долевой.
Так быть не должно.
Лора взглянула на Ноэ, которая смотрела на свой мобильный телефон и постукивала по стеклу, как будто она писала книгу, а затем снова на куртку. Это была подделка.
Подделка. Подделка. Подделка.
Глава 12
Лора молча смотрела на НОЭ, пока Ноэ вылезет из телефона.
— Думаю, Томасина разлила что — то на твой жакет — она указала на жакет, который, напомнил Лоре дряблое чудовище. Ноэ взглянула на него и пожала плечами.
Лора подняла куртку за ворот и встряхнула.
— Это же одна из наших? — она посмотрела на этикетку — полностью идентичен.
— Да, из прошлого сезона, кажется, — сказала Ноэ.
— Образец? — произнесла Лора, при этом продолжая мысленно рассуждать об увиденном:
«Образец мог быть с ошибками, исправленными в массовом производстве, а Ноэ, будучи моделью, получила бы его бесплатно, хотя она могла себе позволить купить жакет в Бенделе, так же легко, как и поменять петельницу в своем Порше».
Их глаза встретились, и губы Ноэ слегка сжались.
— Я не помню, — сказала она, прежде чем сменить тему. — Я еще понадоблюсь до пятницы? — Спросила Ноэ.
— Мы позвоним, хорошо?
Ноэ согласилась и ушла, как и остальные модели.
«Это была уже вторая подделка за неделю». — Лора глубоко задумалась над случившимся. — «И вещь так же с прошлого сезона». Лора стояла и размышляла, пока не услышала голос Андре, который прервал ее размышления, нервно кружа в праведном гневе возле её стола.
— Мне нужно попасть в кладовку, — сказал он, и пошел в сторону подсобок, как будто она должна была просто следовать за ним.
— Зачем? — спросила Лора.
Он посмотрел на нее так, как будто этот вопрос оскорбил его чувства.
— Наш босс попросил меня кое — что вытащить для него. — С вызовом в голосе ответил Андре.
— Что именно? — ее рука так и осталась на клавиатуре. «Какая картина у Райкеров?» Она не нажимала одну цифру, пока не получила от него ответа.
— Я отвечаю только потому, что стараюсь быть вежливым.