«Значит, так тоже можно. Хотя надо было просто притормозить его стазисом…»
Больше по пути к складу никто не нападал, но вот с дверной панелью пришлось повозиться. Не сразу, но дверь все-таки открылась, пропуская Айзека в полутемное помещение. Первым делом он внимательно огляделся, заприметив все, где что-то могло спрятаться или откуда могло свалиться ему на голову. Потом осмотрел все помещение, убедившись, что он здесь один. Не нашлось даже трупов, хотя кровавые разводы на полу недвусмысленно говорили о судьбе находившихся здесь людей. Но вот решетка вентиляции здесь — крепкая, надежная, ее так просто не выбьешь. Гораздо хуже, что в стене имелось большое окно, откуда можно было видеть инженерный отсек. Хотя, бронестекло мгновенно и без шума тоже не высадить.
Только убедившись в том, что помещение относительно безопасно, Айзек заблокировал дверь изнутри и приступил к обыску. Помещение, похоже, служило одновременно и складом, и мастерской по мелочи, и здесь же хранилась документация. А еще — запасные батареи к инструментам. Упускать такой подарок судьбы было глупо, так что Айзек взял столько батарей к резаку и стазис-модулю, сколько смог распихать по подсумкам. Инфопанель отыскать сразу не удалось, зато на глаза инженеру попался отчет о ремонте челноков. Это могло пригодиться. «Келлион» был серьезно поврежден, если он не сможет взлететь, придется искать другой способ выбраться с «Ишимуры».
Поколебавшись секунду, Айзек все-таки открыл отчет.
«Отчет о ремонте:
USG «Ишимура»
Отдел техобслуживания аэрокосмической техники.
Отчет о ремонтных работах челноков.
Второй день экспедиции:
— Сломан носовой гироскоп, борт USG-ISH-S03. Произведена замена, корабль функционален.
Третий день экспедиции:
— Вышел из строя 4-мерный радар, борт USG-ISH-S01. Все еще в ремонте.
Четвертый день экспедиции:
— Поврежден посадочный репульсор, борт USG-ISH-S05. Полная замена, корабль функционален.
— Повреждены носовые и передние обзорные блистеры, борт USG-ISH-S04»…
Не дочитав, инженер свернул файл. Пустая трата времени… Его и так не слишком много. Так что лучше уж продолжить поиски инфопанели. Получится перезапустить транспортную систему — и Айзек с остальными смогут выбраться с причальной палубы.
Некоторое время спустя поиски все же увенчались успехом: инфопанель находилась в одном из шкафов, открывать который пришлось при помощи резака — дверцы были заперты. В этот раз возиться с электронным замком не имело смысла. Вряд ли он еще кому-нибудь теперь понадобится. Возможно, Айзек мог бы искать инфопанель на складе вечно, если бы не додумался заглянуть в цифровой журнал инвентаризации. Забрав искомое, Кларк поспешил вызвать Кендру:
— Я нашел инфопанель, возвращаюсь.
— Отлично, Айз! — не без радости откликнулась женщина. — Теперь тащи ее в транспортный контроль и подключи в стойку компьютера. Это перезапустит систему.
— Понял, — Айзек сначала осмотрелся, насколько помогало окно, и только потом уже вышел обратно в инженерный отсек. Он внимательно прислушивался: еще твари могли сбежаться на звуки недавней схватки. Или рядом с отсеком их больше не было? Айзек посчитал наивным надеяться на это.
Тем не менее, ему удалось на обратном пути проскочить отсек по-тихому. Проходя мимо убитых расчленителей, инженер снова замедлил шаг, присматриваясь внимательнее. За время его отсутствия какая-нибудь тварь вполне могла приковылять сюда и улечься среди собратьев. Но притворщик не притаился среди фрагментов тел. Даже удивительно. Зато только сейчас Айзек заметил, что ноги этих уродов словно раздвоены: из голеней чуть ниже колен выросли новые конечности, уродливые и лишенные кожи. Прежние ноги нелепо торчали назад и по назначению явно не использовались.
— Мерзость… — процедил Айзек сквозь зубы. Что должно было произойти с человеческим телом, чтобы получилось вот это вот? Или гадина вроде прыгуна? Как будто нечто вывернуло человека наизнанку, исказило, вылепило из человеческих тел тварей, словно бы собравших в себе все, что вызывает ужас и отвращение, и при этом словно в насмешку сохранило в них какие-то человеческие черты…
Кларк стиснул зубы, отгоняя от себя мысль, что какой-то из носящихся по кораблю монстров мог быть когда-то Николь, его Николь. Думать об этом было слишком страшно, слишком больно.