На краю сознания билась паническая мысль о том, что рано или поздно он выдохнется, что некроморфы все-таки задавят его количеством, а еще раньше кончатся запасные батареи для резака. Айзеку некогда было размышлять над этими страхами — наверно, именно это его во многом и спасало. Не позволяло дать слабину. Несколько раз ему слышался сквозь крики монстров и шипение плазмы чей-то почти неразличимый шепот. Или, скорее, мерещился.
Следующие помещения почти ничем не отличались от первого. Тот же разгром со следами бойни, та же темнота, те же некроморфы. Айзек просто шел практически напролом. Сколько тварей он перебил всего в госпитале? Два десятка? Больше? Кларк не считал.
Когда из-под уцелевшего стола на него бросился затаившийся, инженер отшвырнул того пинком, а затем просто растоптал, не став тратить энергию плазменного резака. Подняв кинезисом стол, Айзек швырнул его в расчленителя и добил монстра несколькими выстрелами.
Последовавшая за этим тишина показалась оглушительной.
Кларк огляделся. Кажется, рядом больше никого… Неужели все? Айзеку хотелось в изнеможении опуститься на пол и закрыть глаза. Вместо этого он направился к очередным дверям, ни на секунду не ослабляя бдительности. Черт… А ведь еще немного — и его запросто разорвали бы на куски.
«Пока что на куски разлетелись они сами», — напомнил сам себе инженер, отгоняя лишние сейчас мысли. После драки бояться ее уже поздно. Подойдя к дверям, он коснулся голограммы. Створки дернулись, чуть приоткрываясь, и замерли.
— Гадство! — Айзек в раздражении ударил по металлу кулаком и огляделся в поисках чего-нибудь, чем можно было бы попытаться отжать двери. Но в этот момент механизм словно передумал и сработал по-нормальному.
Эти двери вели в широкий прямой коридор. В стене справа обнаружилась запертая дверь, судя по указателю, операционной, а чуть дальше — больше окно в стене.
Инженер замер, жадно вслушиваясь — ему показалось, будто где-то неподалеку кто-то пел без слов.
Еще немного постояв и послушав, Айзек убедился в том, что пение ему не померещилось. Более того, кроме него он услышал и еще один голос — чьи-то мученические стоны. Звуки доносились со стороны операционной.
Не трогая дверь, Айзек осторожно заглянул в окно в стене.
— Господи… — выдохнул он. Даже после всего пережитого за этот кошмарный день его передернуло от увиденного.
Женщина в окровавленной форме медсестры, беззаботно напевая какую-то мелодию, безжалостно кромсала хирургической пилой лежащего на операционном столе человека. Тот вздрагивал всем телом, пытаясь если не вырваться, то хотя бы отодвинуться от своей мучительницы. Увы, эти попытки были бесполезны — во-первых, беднягу удерживали ремни, а во-вторых, он был уже настолько изранен, что вообще удивительно, как он еще оставался в сознании. Человек на столе ослабел настолько, что не мог уже даже кричать.
Айзек уже готов был метнуться к двери, попытаться взломать замок и вытащить бедолагу с этого проклятого стола, когда чокнутая медсестра одним движением располосовала тому горло.
Инженер резко выдохнул, сжав кулаки. Женщина, прервав пение, медленно обернулась, и ее глаза — безумные, жуткие, — сразу нашли замершего по другую сторону стекла Айзека. Сумасшедшая медсестра улыбнулась — неожиданно тепло и ласково.
А потом она перерезала себе глотку.
— Пиздец… — сдавленно пробормотал Кларк, глядя на два свежих трупа. — Вот жопа… Какого, блин, хрена, здесь что, все с ума посходили?!
«А в записях упоминались случаи массового помешательства, — вспомнил он. — Да что вообще за дерьмо здесь творится?! Что раскопали на этой гребаной планете?»
Если бы на эти вопросы ему мог кто-нибудь ответить…
Айзек еще несколько минут стоял возле окна, выравнивая дыхание и пытаясь унять дрожь во всем теле. Сложно было сказать, почему после всего его так подкосила именно эта сцена… Наверно, дело было как раз во всех последних событиях, вместе взятых, а особенно — недавнем бою с полчищами тварей. Чокнутая медсестра лишь стала последней каплей…
Дрожь не унималась, перерастая в самый настоящий шоковый озноб. Вдобавок, головная боль не сдавала позиций. Айзек почувствовал укол в районе шеи — похоже, ИКС среагировал на состояние хозяина и активировал инъектор. Через несколько секунд бешеное сердцебиение успокоилось, стала постепенно униматься дрожь.