— Может, стоит уже все забыть и просто жить дальше?
Мой взгляд метнулся к Зои, и внутри поднялось настоящее цунами возмущения. Жить дальше? Я и живу дальше, только это не та жизнь, которая у меня должна быть. А всему виной Ванесса Агилар.
— А к черту! — Вероятно, моя улыбка вышла натянутой, но что поделать. — Ты права. К черту Ванессу. Никаких больше мыслей о ней, пусть исчезнет из моей жизни. – Я подняла чашку, собираясь сказать тост. — Новый год — новая жизнь. Sympinein[1]!
— Sympinein, — повторила Зои наш тост и чокнулась кулачком.
Не зря говорят «бойся своих желаний» и «мысли материальны». Произнося эти слова, я даже не догадывалась, что мироздание меня услышит. Только вселенная — странная штука, она исполняет желания по своим законам, и иногда вовсе не так, как хотелось бы. Иногда слишком буквально.
[1] Sympinein – глагол, который с древнегреческого означает «пить вместе»
Глава 1. Ab inconvenienti
Глава 1. Ab inconvenienti[1]
— Почему гость из сто пятого номера снова хочет переехать?
— Извините, сэр, я не знаю. — Это была неправда. Я смотрела снизу вверх на своего босса. Илис Виртанен был огромным, словно медведь, и светловолосым, как и все представители скандинавского народа, только вот духом северян он вовсе не обладал. Видимо, памятуя о гостеприимстве своих предков викингов, описанном еще в «Старшей Эдде», мистер Виртанен открыл небольшую гостиницу, назвав ее «Лангхус»[2]. Здание гостиницы стало насмешкой над традиционной архитектурой древних завоевателей. И хоть Илис Виртанен полагал себя настоящим стратегом в сфере гостиничного бизнеса, способным вести людей за собой подобно Александру Македонскому, управленец он был, мягко говоря, паршивый. Вся ответственность за гостей ложилась на плечи администраторов.
— Мисс Теодорис, я предупреждаю, если вы не разберетесь с этой ситуацией, мне придется вас оштрафовать.
Вот снова, чуть что, так сразу угрозы.
— Но, сэр, гость изначально хотел в другой номер. Он наш постоянный клиент и всегда проживает в двести третьем. Номер был занят, потому что Элла поселила в него другого гостя. Больше свободных номеров не оказалось. Сто пятый маленький и там все время о стену стучит баннер. — «А еще стоит невыносимая вонь из-за прогнившей сантехники, и потому что ты, жмот, никак не хочешь ее менять».
— Мисс Теодорис, — Илис зажмурился, словно от головной боли, и сжал пальцами переносицу, громко выдохнув, будто неимоверно устал объяснять что-то элементарное несмышленому ребенку. — Вы умная девушка, сделайте что-нибудь. У меня куча дел, и я не должен подчищать за неопытными администраторами. Это ваша работа, как старшего администратора. Неужели я зря плачу вам больше, чем всем остальным? — Мне захотелось рассмеяться ему в лицо от этих слов. То, что он мне доплачивал, и деньгами-то назвать было сложно, всего-то пара долларов. — Поэтому будьте любезны, исправьте ошибку вашей сменщицы. Не заставляйте меня думать, что я зря вас нанял. Вы хоть представляете, что в нашей стране безработица, и ваше место с удовольствием заняла бы другая девушка? Надеюсь, вы меня услышали.
— Да, сэр.
— Вот и отличненько, — сказал Илис, проведя огромной ладонью по своим зализанным светлым волосам, и отправился прочь из подсобки, что гордо звалась комнатой персонала.
— Отличненько, — передразнила я, когда Виртанена и след простыл. — Козел!
Тяжелый вздох вырвался из моей груди при виде недоеденного ужина, сиротливо ютившегося на уголке крохотного стола, еле уместившегося в этой пыльной комнате. Аппетита как не бывало.
— Напомни-ка мне, Деянира, зачем ты работаешь здесь и терпишь все это? — спросила я себя, имитируя интонацию матери. — Правильно, потому что тебе нужно платить за учебу. Никто за тебя это не сделает, так что подбери нюни. Когда-нибудь все это закончится.
Стряхнув с формы пыль, я направилась к стойке администратора. Нужно было отдать должное Виртанену, холл выглядел безупречно, Илис немало денег вложил, чтобы обустроить его. Маленькие круглые столики, наполированные мною до блеска, стояли в окружении мягких кресел. Свет лился из люстр, громадами свесившихся с потолка, и отражался от черного мраморного пола, по которому будто следы от когтей, расползлись прожилки. Стойка из черного дерева сияла в свете напольных ламп. Несмотря на видимую красоту, работать в гостинице порой было просто отвратительно: пьяные гости постоянно чего-то хотели и звонили посреди ночи на ресепшен, теряли электронные ключи, что приходилось снова и снова прошивать карты от дверей. Часто гости посреди ночи просили наполнить мини-бары в их номерах, а потом отказывались платить за выпитое. Некоторые гости-мужчины просили в номер вызвать девушек. Впервые услышав подобную просьбу, я покраснела до корней волос, меня это так покоробило, и я выпалила в трубку, что таким мы не занимаемся. Но моя бывшая сменщица Лена, учившая меня всему, сказала, что все нормально. Именно тогда она показала мне заветный список. Мы сами никого не вызывали, конечно, но в рабочем столе на ресепшене всегда хранился лист с номерами «публичных домов». Виртанен не поощрял подобного рода услуги у себя в гостинице, поэтому приходилось быть осторожными, не хотелось подвергнуться очередному штрафу. Что до нас, то иногда возжелавшие плотских утех мужчины получали эти телефонные номера и сами звонили куда нужно. Мужчины или женщины, привозившие современных «гетер»[3], неплохо нам платили в знак благодарности. Поначалу я отказывалась, но Лена тогда сказала: