При этих словах глаза мадам Фурнье обратились ко мне, и я нервно задержала дыхание. Не могла же она услышать, что я недавно думала о том, что хочу убить Ванессу. Не могла же она знать, какая ненависть горела внутри и разъедала мое существо, или почувствовать мой стыд, который я испытывала до сих пор от этого временного помутнения. Не могла ведь? Или все же…
Когда лекция закончилась, я была первой, кто покинул аудиторию. Мне казалось, что я вся провоняла стыдом. Что бы подумал мой отец, гордился бы он мной? Сказал бы, что мои мысли недостойны? Конечно, сказал бы. Хоть это и была мимолетная ярость, желание, возникшее от навалившейся усталости, мне никогда не пришло бы в голову думать о подобном всерьез. Я побродила по главному корпусу и купила этот поганый кофе из автомата, но все же лучше, чем ничего. Приняв решение и в этот раз не посещать лекцию по «Истории античного искусства», чтобы не встречаться ни с Ванессой, ни с этим засранцем Кайе, да и с Лео тоже, я решила подойти к мистеру Чандлеру сразу по ее окончании. Выпила еще один кофе, поглядела на картины и статуи, время близилось, а я все не могла набраться смелости. Тряхнув головой и отругав себя за малодушие, я все же направилась к мистеру Чандлеру. Аудитория уже опустела, я неуверенно заглянула, но увидела лишь небольшую дверь возле книжного шкафа, вероятно, в подсобку, раскрытую настежь. Неуверенность сменилась решительностью, когда оттуда послышался голос преподавателя, поэтому я подобралась ближе, но внезапно остановилась, услышав второй голос, девичий и такой знакомый.
— Нет, ты не можешь этого сделать, — почти умолял мистер Чандлер.
— Еще как могу, — злобно бросила девушка.
— Ванесса, ты ведь понимаешь, чего мне это будет стоить? Я потеряю работу.
— И это все, что тебя беспокоит? Какая жалость. Вот что, мне плевать. Ты обещал.
— Нужно немножко подождать.
— Нельзя больше ждать! Или сейчас, или я расскажу, что ты спишь со студенткой!
Я прикрыла рот ладонью, чтобы они вдруг не услышали мой громкий вздох удивления. Медленно я стала пятиться назад, пробираясь к выходу. Но когда я была у преподавательского стола, послышался нервный стук каблуков – Ванесса пулей вылетела из подсобки. Не знаю, как у меня получилось так быстро упасть на пол и откатиться под стол, чтобы остаться незамеченной. Ванесса прошла мимо. Мистер Чандлер не спешил, поэтому я подскочила на ноги и собралась, было, ринуться прочь.
— Мисс Теодорис? — Преподаватель стоял у книжного шкафа и во все глаза смотрел на меня. На его лице читался ужас. — Давно вы здесь?
— Я только пришла, — выпалила я. — Столкнулась в дверях с Ванессой, чуть с ног меня не снесла, просто фурия. Что-то случилось?
Мистер Чандлер заметно расслабился. Вот и пригодился мой актерский талант, а вы в меня не верили.
— Вы что-то хотели, мисс Теодорис? — рассеяно спросил мистер Чандлер, поправляя вельветовый пиджак.
— Да, я…— Вот пришло время. Даже в свете новых открытий, мне придется это сделать. — Я пришла извиниться за свои слова там, на собрании. Просто…Эта драма, она очень важна для меня. Мой отец хотел, чтобы я сыграла Ифигению, это все, что я могу сделать для него.
— О, я понимаю, — голос смягчился и зазвучал даже как-то по-отечески. — Вам нужно было сказать об этом сразу, а не ругаться со мной. Может, мы бы что-то придумали. А сейчас, все роли распределены, спектакль почти готов.
— Я понимаю, — поддакнула я, желая поскорее убраться из поля видимости мистера Чандлера. — Может в другой раз.
— Да-да.
Я распрощалась и ринулась прочь. Я все же была права и больше не буду такой глупой. Мне не стоит давить на мистера Чандлера, есть другой вариант. Я нашла Ванессу в Римской галерее, она сидела на лавке с томиком Эдгара Аллана По. Интересный выбор, в былые времена она часто читала другие стихи. Пора была прекратить этот Агон[16] между нами.
— Я все знаю, — сказала я, возвысившись над ней, как скала.
Ванесса медленно подняла на меня глаза.
— И что же ты знаешь?
— Про тебя и мистера Чандлера. Я все знаю.
Ванесса задумчиво пожевала губами, а затем поднялась и вздернула острый подбородок.
— Я знаю, что ты с ним спишь, — выпалила я, уже не сдерживая себя. — Я знаю, что ты именно так получила роль Ифигении.