— Да, — протянула она, неохотно убирая книгу обратно в сумку. — Но может, ты смогла бы замолвить за меня словечко перед мадам Фурнье, ну, чтобы она и меня взяла на занятия?
— Я не уверена. Насколько я поняла, она не заинтересована в большем количестве учениц.
Я почувствовала укол совести, по крайней мере, можно было попытаться, но внутри, что-то говорило мне, что я сама этого не хочу. Стыдно было даже себе признаться, что будучи на индивидуальном обучении у одной из самых востребованных преподавательниц в Академии, я ощущала себя немножко особенной, и мне вовсе не хотелось разрушать это сладостное ощущение. Мы немного посидели молча, пока я боролось с угрызениями совести.
— Вот, посмотри, — Зои протянула мне телефон, на экране которого я узнала знакомую страницу форума Академии. — Полистай.
Сообщения пестрели информацией о смерти Ванессы, и мне стало дурно. Но мое внимание привлекли комментарии анонима с изображением «Мыслителя» Огюста Родена[5] на аватарке. Этот некто писал гнусности о моей, якобы, причастности к ее убийству, и сокрушался почему меня не отчислили еще. Были и гадкие утверждения, что я сговорилась с Оливером, а затем подставила его, но подробностей аноним раскрыть пока не может. Дальше было хуже. Всплыло недавнее видео, и приписка к нему гласила, что никто, знавший Ванессу, никогда и пальцем бы ее не тронул, такая замечательная она была. Никто, кроме тех, кто «помышлял злоумышлие», намекая на меня. Что за нелепое сочетание? В словаре его не существует, а этот аноним был явно из тех, кто хочет казаться образованным, но у него плохо выходит, и даже аватарка его не спасала.
— Посмотрите, кто пришел, — протянула Саманта, сидя на столе. — Не ждали тебя так скоро.
— Да ладно тебе, Сэм, — тихо сказала Эмили, расчесывая свои рыжие волосы.
— О тебе много болтают в последнее время, — не унималась та, — это привлекает ненужное внимание и к нам.
— Вы и без меня неплохо справляетесь, — огрызнулась я, спихивая ногу Саманты со своего стула.
— Извините? — ее лицо вытянулось в притворной гримасе оскорбления.
— Извиняю, — я тяжело опустилась на стул. Играть в какие-то игры с Самантой я не собиралась. — Если тебе есть, что мне сказать по существу, то говори. Если же нет, не мешай заниматься.
— Деянира права, Сэм, — отдернула подругу Александра. — Извини, мы знаем, что в последнее время тебе пришлось несладко. На самом деле нам всем несладко, потому что Ванесса была одной из нас. Саманта вовсе не хотела тебя задеть, правда ведь, Сэм? Просто мы все по-разному переживаем то, что случилось.
— Очень переживаем, — подтвердила Эмили. — Может быть, ты присоединишься к нам после занятия. Мы идем к источникам.
Алекс поддержала предложение. Я посмотрела на хмурую Саманту.
— Я не против, — картинно закатила та глаза. Сьюзен закивала, я заметила, что она вообще не особо любит разговаривать.
Дверь тихо распахнулась, и мадам Фурнье неспешно с достоинством вошла в кабинет, шурша по полу кружевами черной юбки. Завитые волосы, как и всегда, были собраны, обнажая изящную длинную шею. В этот раз она выглядела так, будто могла сойти с одной из картин Ансельма Фейербаха. Она немного постояла, глядя на нас и как бы раздумывая, что с нами делать, будто вовсе не ожидала обнаружить нас здесь.
— Деянира, — наконец проговорила она, — мне очень жаль, что вам пришлось столкнуться с тем, с чем вы столкнулись. Мы все переживаем. Завтра мы с девочками встречаемся у меня дома на ужин чтобы почтить память Ванессы. Если вы не против, я бы хотела видеть вас в нашем маленьком кругу. Впрочем, говорить не обязательно. Просто приходите и составьте нам компанию.
Я растерялась от этого неожиданного предложения и просто кивнула, соглашаясь.
После лекции мы двинулись на источники. Октябрьская прохлада уже вовсю царила в воздухе, навевая тоску по горячему глинтвейну и аромату корицы. Вместе с Горгонами мы отправились в дальнюю часть кампуса, где, как оказалось, я никогда не бывала. За огромными рыжими кленами укрылась скамейка, и Алекс вместе с Эмили плюхнулись на нее. Саманта отошла к дереву и закурила, а Сьюзен спустилась к воде и засунула в нее ладони.
— Холодно, — сообщила она нам, хотя сложно было усомниться, что в это время года вода в источниках могла быть другой. Да и летом они никогда не нагревались, питаемые подводными ключами.