- Оставь это, Бенито, - предупредил Брэм.
Я не сразу сообразила, что веркрысиные глазки охранника смотрят куда-то ниже моего лица. Очевидно, раз этот взгляд не сразу напомнил мне о своей наготе, я голышом чувствовала себя гораздо свободнее, чем мне казалось.
- Лучше бы твоему взгляду оставаться на моем лице, Бенито, потому что все оборотни следуют одному правилу: если кто-то обнажен и не пытается выглядеть сексуальным, ты должен игнорировать его наготу.
- Прошу меня простить, Анита, - ответил он, очень стараясь смотреть мне в лицо, но такое ощущение, словно у моей груди было собственное притяжение, и он просто не мог ему сопротивляться. Я сдерживалась, чтобы не прикрыться, потому что это он вел себя грубо, и черта с два я позволю ему смутить себя.
- Я никогда не видела тебя на тренировочных матах или в зале, но мне казалось, ты лучше владеешь собой, - заметила я.
Вот тогда он, нахмурившись, посмотрел мне в лицо.
- Что ты имеешь в виду?
- По моему опыту, мужчина, который не владеет собой в одном вопросе, теряет контроль и в других сферах.
Его хмурый взгляд стал сердитым, но зато сейчас он смотрел прямо мне в глаза.
- У меня с самоконтролем все отлично, или мне не доверили бы охранять нашего короля.
- Приятно слышать. И очень ценю зрительный контакт.
Я не смогла понять, что за взгляд появился в его глазах, а затем он улыбнулся.
- Хорошая работа, сказал он и пару раз хлопнул в ладоши. Красивое манипулирование мной, что-то в его интонации давало понять, что он не так дружелюбен, как обычно.
- Ты просто должен сохранять профессионализм, вот и все.
Он снова бросил злой взгляд.
- Мика с Рафаэлем в третьей палате, вмешался Брэм.
- Спасибо, - ответила я и прошла мимо них, хотя нужно признать, держалась у дальней стены коридора так, чтобы между мной и Бенито находился Брэм. Вряд ли он хотел навредить мне, но последние пару минут нашего с ним общения были странными, и пока я не поняла, в чем дело, лучше быть осторожной.
Я на мгновенье замешкалась перед дверью в палату, вновь отчетливо ощутив свою наготу. Может, дело в реакции Бенито, но мне вдруг снова стало неловко. Мика не проблема, если, увидев меня обнаженной, он задумался о сексе, и я не торопилась на работу, я была обеими руками за. Проблема была в Рафаэле. Даже с учетом того, что наша дружба имела определенные привилегии, предстать перед ним без одежды казалось слишком и для него, и для меня. На самом деле Рафаэль был поклонником шелкового белья и халатиков.
Первый наш секс был очень похож на: "Трах-бах, спасибо, мэм!" Но то ли из-за его поведения в тот первый раз, то ли это его обычная манера, всегда было место разговорам и неловкости, как будто он не знал, как перейти от приятного вечера к "эй, детка".
Ни Рафаэль, ни я сама не привыкли, что я разгуливаю голышом. Я задумалась не поискать ли халат или что-нибудь вроде этого или может стоит написать Мике... и тут поняла, что телефон заперла в шкафчике вместе с оружием. Вздохнула.
Дверь открылась и выглянул Мика, немного расширив глаза при виде меня, а затем
улыбнувшись.
Это была хорошая улыбка, а его взгляд ясно дал понять, что он оценил мой вид.
- Душ занял больше времени, чем я планировала, и мне не хотелось никого будить в спальнях, только чтобы взять одежду.
Он улыбнулся моей явной неловкости.
- Все в порядке, Анита, ты просто удивила меня, вот и все. Ты обычно не любишь разгуливать по Цирку без одежды.
- Да уж, мне пришлось поприветствовать слишком много новеньких охранников, чтобы чувствовать себя комфортно, - сказала я, нахмурившись.
Он хотел взять меня за левую руку, как обычно, но в ней был ствол, поэтому он, не задумываясь, сжал правую.
- Ты не обязана оправдываться и извиняться.
- Просто чувствую себя немного... бесстыжей.
- Бесстыжей? - раздался из палаты голос Рафаэля, а затем послышался его смех.
- Если будешь над этим смеяться, Рафаэль, мне не станет от этого комфортнее, -сказала я.
- Значит я не джентльмен, раз смущаю тебя еще больше, прошу, входи. Мы можем дать тебе одну из простыней, если ты действительно хочешь прикрыться.
Видите? Почти все время очень по-деловому.
Мика провел меня в тускло освещенную палату. Свет был приглушен, потому что оборотни при исцелении такой серьезной раны могут быть к нему чувствительны. Я старалась не прятаться за Микой, но и не выставлять себя напоказ с "та-дам" эффектом. Мы с Микой были обручены, я спала в течении этого года с Рафаэлем, понятия не имею, почему мне так неловко, но я отпустила свои чувства. Если их игнорировать, они никуда не денутся, мне непросто было это понять.