- Анита, - заговорил Никки, - убьешь Кейна - не беда, убьешь Ашера - для меня это тоже проблемой не будет, но не для тебя.
Я не отводила взгляда ото лба Кейна, той самой точки, куда должна попасть пуля. Мне и раньше доводилось стрелять в людей с такого близкого расстояния. Я знала механику всего этого, в точности знала, что случится. На меня в ответ уставилось просто другое лицо.
- Ma petite...
- Не нужно, - это был Мика. - Пусть Никки поговорит с ней.
Голос Мики помог мне лучше прислушаться к чему-то за пределами спокойствия в моей голове. Я ничего не чувствовала, смотря поверх моего оружия на Кейна, ничего.
- Ты не одна с этим справляешься, Анита, - сказал Никки. - Мы все чувствуем это независимо от того, что делает Кейн. Ты не хочешь убивать его. Если бы хотела, я бы не возражал, ты же знаешь.
- Знаю, - прошептала я.
- Но я ощущаю то, что ты чувствуешь, и ты не хочешь его убивать. Ты просто закрылась этой тишиной в своей голове, но за ее пределами ждут твои эмоции. Ты не хочешь иметь дело с эмоциональными проблемами после убийства Ашера, Анита. Я считаю его ублюдком-манипулятором, но ты его любишь, а Жан-Клод любит его еще сильнее.
- Это того не стоит, - сказала я, тщательно проговаривая каждое слово сквозь стиснутые зубы. Я больше на самом деле не смотрела на Кейна, лишь на ту точку в его голове, куда вошла бы пуля, если бы я пошла до конца.
- Нет, он не стоит, - согласился Никки, его голос звучал тихо, ближе ко мне, но его близость не вызвала желание направить пистолет на него и защититься. Я не доверяла Ашеру в том, что он не вытворит какую-нибудь глупость, но Никки... он не глуп. Он мог быть жесток, но на то должна быть причина, веская причина, а не просто "не подумал".
Я отстранилась от пустой тишины в голове и прицельной концентрации, сужающей мир до ствола моей пушки и цели, и осознала, что сила, исходящая от Кейна, исчезла. Я моргнула и увидела его карие глаза, обращенные ко мне. Он загнал своего зверя обратно в чулан. Он все еще поджимал раненную ногу, но старался не двигаться, насколько ему могла позволить травма, словно опасался того, что я сделаю, если он пошевелится.
- Хорошо, - мягко проговорила я, - очень хорошо.
- Что хорошо? - спросил Никки.
Я ослабила палец на спусковом крючке и нацелила ствол в потолок, так и не отводя взгляда от лица Кейна.
- Ты видел свою смерть на моем лице, Кейн?
- Я думал, ты собираешься убить меня.
- Так и было, - ответила я, возвращая браунинг в кобуру на боку. Я ощущала легкость и пустоту, неплохо, но странно. Обычно я не дохожу до этой точки, так ни в кого и не выстрелив. Дико от того, что я не завершила начатое. Я пыталась объяснить друзьям разницу между тем, чем занимаются другие копы, и тем, чем занимаюсь я, и в этом она и была. Большинство полицейских за всю свою карьеру могут ни разу не воспользоваться оружием, а если им все-таки приходится это сделать, они
все равно больше думают о том, как им спасти жизни, а не отнять их. Когда же я достаю пистолет, почти всегда использую его, а "использую" в моем случае подразумевает чью-то смерть. Легально, в соответствии с законом, без комиссии контроля, без лишних вопросов - смерть. Я была Истребительницей задолго до того, как стала ma petite Жан-Клода.
- Уведите его. Пусть он исцелится, но мне не стоит видеть, как он будет это делать.
Из-за завесы вышли другие охранники, словно так и ждали сигнала, что они могут войти без риска спугнуть меня и вынудить выстрелить в Кейна. Они взяли его под руки и помогли встать на ноги. Но устоять ему не удалось, и они сцепили руки в замок, формируя своего рода носилки, и вынесли его... в медпункт, полагаю. Если честно, мне плевать, пока он от меня далеко.
Я повернулась к Ашеру, всмотревшись в это прекрасное лицо, вспоминая ощущения от его поцелуя, его тела, его силы.
- Не знаю, что у тебя внутри сломано, но, если ты не справишься со своей проблемой, это убьет тебя или Кейна, или вас обоих.
- Ты убьешь нас?
- Нет, если вы меня не вынудите, но кто-нибудь другой это сделает. Нарцисс убил бы вас, если бы встретил прежде, чем Жан-Клод отговорил его. Ты впервые за столетие покинул двор Белль, и это заставило тебя думать, что никто из нас не причинит тебе вреда.
Я шагнула к нему так близко, что касалась просторной голубой рубашки. Слишком близко, если бы я на самом деле думала, что он может обидеть меня. Я пыталась разглядеть понимание на его роскошном лице, но он так тщательно скрывал свои чувство, что я словно смотрела на произведение искусства. Ты восхищаешься его красотой, но не можешь поговорить с ним.