- Я помогу, если это в моих силах, ты же знаешь.
- Знаю, Мэнни. Просто обдумываю, как много я могу тебе рассказать, ведь значка у тебя нет, - я поняла, что это прозвучало слишком грубо, но на сегодня я исчерпала свой самоконтроль. И для предстоящего поднятия зомби в этом тоже нет ничего хорошего.
- Дело только в отсутствии у меня значка или рядом с тобой еще и Жан-Клод?
- Он остался в городе, а я поехала на работу. Мы деловые люди и не можем позволить себе проводить вместе каждую свободную минуту, - и это тоже прозвучало ворчливо, да и наплевать. Я устала от вопросов Мэнни о Жан-Клоде. Не то, чтобы они личные, просто ему не нравятся мои отношения с вампиром. Именно Мэнни научил меня тому, что вампиры не просто люди с клыками, а монстры. Только вот я выяснила, что это неправда, а Мэнни все еще верит в это. Парадокс: он завязал с охотой на вампиров, по все еще по-расистски ненавидит их, а я. казнив намного больше, считаю их людьми.
Натаниэль взглянул на меня, склонив голову на бок, словно спрашивая: «Что?»
- Если ты не можешь говорить со мной о деле, зачем тогда вообще звонишь? - спросил Мэнни.
- Верно, - выдохнула я и попыталась понять, чем мне стоит поделиться, а что стоит придержать. А еще не хочу растрепать секреты Мэнни, пусть даже Натаниэлю. Не потому что не доверяю своего возлюбленному, а потому что это были не мои тайны. Если полиция когда-нибудь узнает секреты Мэнни, он окажется за решёткой, а если ему не повезет с судьей, его могут казнить через несколько недель, или даже дней. Кое-что из того, что он совершал с Домингой Сальвадор, попадало под закон о злоупотреблении магией, что по умолчанию сулило смертную казнь, без всего этого «годы-в-роли- смертника» дерьма. Эти законы были разработаны для того, чтобы защитить человеческое общество от настолько могущественных существ, которых держать в тюрьме - значит рисковать еще большими жизнями. Мэнни не был настолько опасен, но закон в действии отличается от того, что написан на
бумаге. И дело не в абсолютном правосудии, а в разном толковании этого закона и в том, у кого адвокат лучше. Цинично, да, но чем дольше я работаю в органах, тем лучше понимаю, что цинизм частенько является правдой.
- Помнишь Домингу Сальвадор?
- Ты же знаешь, что да, - его голос вдруг стал предельно серьезным.
- Я столкнулась с делом, где использовали силу, которой, как мне казалось, обладала только она.
- Какую именно силу? - уточнил он.
- Вспомни, где она планировала использовать мои магические способности.
- Рабочий вопрос, я сейчас вернусь, - сказал он, и я услышала его шаги. Он сейчас дома со своей семьей? Нарушила ли я теплую семейную сцену этой жутью?
Когда он снова заговорил, я поняла, что он был один:
- Ты о том, что ей нужна была твоя помощь в поднятии зомби для продажи как секс-рабов?
- Угу, об этом.
- Зомби всегда продавались как секс-рабы, Анита. Люди избавляются от них, когда они начинают гнить, но спрос на это есть. И ты, и я получаем такие предложения.
- Но мы оба говорим нет.
- Конечно, мы говорим нет. Но есть и другие с нашим даром, и они не так разборчивы.
- Но я говорю не о таких зомби, Мэнни. Я говорю о тех, что она поднимала в самом конце. Тех самых, с испуганными глазами.
- Зомби не чувствуют страха, Анита.
- Нет, не чувствуют.
- Тогда о чем ты?
- Подумай, Мэнни.
- Она поднимала очень хороших, реалистичных зомби, но есть и другие, кто делает это так же хорошо. Твои сейчас выглядят как живые.
- Души, Мэнни, души.
- Я не... - начал он, но замолчал, и я услышала его участившееся дыхание. - Хочешь сказать, что кто-то понял, как ловить души в ловушку и возвращать их в гниющие трупы так, чтобы разложение прекращалось?
- И освоил трюк с ее изъятием и возвращением назад, чтобы тело немного разложилось.
Он взмолился на испанском. Я поняла, что он молился Деве Марии, точнее даже Гваделупской Деве Марии. И когда он, наконец, снова заговорил на английском, его акцент был сильнее обычного.
- Это не может быть дело ее рук. Анита. Она мертва. Даже она не может вернуться после того, как ее разорвали и съели зомби.
Мэнни один из немногих, кому я рассказала о реальной смерти Доминги. Она пыталась вынудить меня принести в жертву невинного, чтобы поднять зомби. По счастливой случайности в круг вошли ее подельники, и я смогла убить их. подняв гораздо больше одного зомби с всплеском той силы, что подарила мне их смерть. Мэнни опасался за свою безопасность и безопасность своей семьи, поэтому я и рассказала ему правду. II насколько я знаю, он ни с кем этим не делился.