Я обняла его за талию и обнаружила, какая шелковая, прохладная и нежная на ощупь его рубашка. Она была с оборками, как и тс типичные белые сорочки с кружевными воланами и воротником, только шелк был куда мягче кружев. Я прижалась к ней подбородком и наткнулась на платиновую булавку для галстука, которая придерживала ткань. Бриллиант на ней был такой же большой, как и на обручальном кольце, которое он вручил мне, когда мы под прицелом видеокамер катались на карете. Кончик булавки был украшен рубинами такими же красными, как и шелковая ткань, возможно, они были старинными. Раньше рубины такого цвета называли «Кровью голубя»15 и сейчас они были чертовски редкими, либо оставались в странах, которые не экспортируют их в Америку.
(Ценность рубина, прежде всего, определена цветом. Самая яркая "красная" окраска, названная «красная кровь голубя», является редкой и камни этого цвета очень дорогие.)
Он не надел ее для выхода на сцену в «Запретном плоде». Очевидно, прием с вертиграми будет более официальным, чем я думала. Я бы меньше беспокоилась о том, что мне надеть, если бы он не выглядел таким нарядным во всем этом.
Я приподнялась на цыпочки, чтобы встретить его поцелуй. Он был мягким и всеобъемлющим. Жан-Клод знал, как целоваться, не размазывая мою помаду по нашим губам, а я знала, как целовать вампира, не порезавшись о его клыки.
С французским поцелуем сложнее, но мы и с этим могли справиться.
- Блин! - сказала Лита.
Это заставило меня обернуться и посмотреть на нее, и что-то мне подсказывало, что это был не дружелюбный взгляд.
- Анита, я не добивалась снова от тебя такого взгляда. Просто... - она жестом указала на нас. - Вы, ребята, как влюбленные голубки. Так не бывает, это не реально.
- Бывает, можешь не сомневаться, - сказала Келли. - А теперь давай позовем наших сменщиков, прежде чем ты сморозишь еще какую-нибудь глупость.
- Я не глупая, - огрызнулась она так, словно всю свою жизнь оттачивала эту фразу. Лита была не глупой, а эмоционально незрелой, но, думаю, это влияние ее окружения, и она способна на большее.
Жан-Клод посмотрел на нее, и на мгновенье я заметила на его лице задумчивость, прежде чем оно стало как обычно улыбчивым, приятным и нечитаемо-красивым. Он скользнул ближе к Келли и Лите. Они обе опустили глаза, чтобы случайно не встретиться с его взглядом. Прошло так много времени с тех пор, когда я еще не могла без опаски посмотреть вампиру в глаза, что меня поразило, когда другие попытались избежать взгляда вампира, особенно, взгляда Жан-Клода.
Сообразив, что заслоняет Литу от Жан-Клода, Келли отошла в сторону, словно львица бросила крысу на произвол судьбы. Келли выглядела... испуганной. Может, я еще что-то упустила, помимо пакостей Магды? Расспрошу Келли попозже, а может, и сама пойму, просто понаблюдав за Жан-Клодом с другими женщинами.
- Уверяю тебя, ma souris16, я весьма реален.
(Ма souris (фр.) - моя мышка)
Лита уставилась в пол.
- Я знаю, что ты реален, - она пыталась казаться дерзкой, но это не так-то просто, когда ты смотришь кому-то под ноги.
- Но ты только что сказала, что мы не реальны, - его французский акцент стал сильнее, что обычно означало сдерживание сильных эмоций, хотя иногда на сцене он делал это специально. Американки так падки на акцепт.
Она встряхнула головой так сильно, что волосы взметнулись вокруг лица, но ободок не позволил им полностью закрыть его.
Жан-Клод коснулся копчиками пальцев ее подбородка и приподнял личико. Глаза девушки были закрыты, и выглядела она испугано.
- Пожалуйста, - взмолилась она шепотом, но я стояла достаточно близко, чтобы услышать это.
- Пожалуйста, что? - спросил он дразнящим голосом с акцентом. Когда-то этот голос
предназначался мне. На какое-то мгновенье я задумалась, может, Жан-Клоду просто нравятся девушки с длинными вьющимися темными волосами. Меня охватила ревность, которую я давно уже не испытывала. Присмотревшись к своим чувствам, я попыталась понять, чем они вызваны? Я видела, как он занимался сексом с другими, и не ревновала его. Так почему это представление вызвало такую реакцию?
- Пожалуйста, - повторила она. Жан-Клод все еще касался самого края ее подбородка кончиками пальцев, а девушка, не в силах сопротивляться, уже начала открывать глаза. Я вспомнила, как и мне когда-то так же хотелось взглянуть в лицо обладателю этого голоса, и как страшно мне было это сделать.
И тут до меня дошло, что я впервые вижу его флиртующим с другой девушкой, и это так сильно напомнило мне, как он вел себя со мной много лет назад. Я видела его с другими сексуальными партнерами, и он со всеми вел себя по-разному, по-особенному, но ни с кем так же, как со мной. Я была особенной для него, как и Он для меня. То, как Лита открыла глаза, подобно птице, наблюдающей за змеей, заставило меня задуматься, не смотрела ли я на него также, когда еще сопротивлялась желанию отдаться ему.