- Твои слова бесстрашны, та souris. в отличии от тебя самой.
Я видела, как она сопротивляется, как пытается оторваться от его пристального взгляда, как подняла руки, но они так и зависли в воздухе, словно она забыла, что собиралась сделать.
Никки подошел ко мне, и я потянулась взять его за руку, потому что никогда еще не видела Жан-Клода таким с кем-то из нашей охраны. Мне это не понравилось, и Никки понял это.
Жан-Клод отступил от Литы, а она осталась стоять как вкопанная, продолжая таращиться в то место, где было его лицо. Ее расслабленное и пустое лицо словно ждало приказов.
- Как я и предполагал, - сказал он своим обычным голосом.
- И что же ты предполагал? - спросила я.
- Я не пытался ее околдовать, ma petite. Я не воспользовался силой, она из категории оборотней, которые не нуждаются в принуждении. Тем не менее, она очарована и ждет любых моих действий.
- Так это была проверка? - спросила я, сжимая руку Никки.
- Oui.
Я, должно быть, нахмурилась, так как он склонил голову, изучая меня.
- Ты расстроена. Я вошел в комнату и обнаружил, как ты держишь пистолет у ее головы и угрожаешь убить ее. И все же мое воздействие на нее тебя расстраивает, почему?
- Почти так же ты вел себя со мной в самом начале, когда пытался соблазнить меня, а я сопротивлялась.
- Это игра для меня, ma petite, или было когда-то. Когда мы с тобой начали этот танец, я и мечтать не мог, что ты станешь частью моей жизни, моей любовью, моей королевой, - Он подошел ко мне, оставив Литу в ожидании продолжения. Подошел так. словно она для него ничего не значила.
- Ты собиралась вышибить ей мозги. Анита, - напомнил Никки.
- Возможно, - ответила я. и это прозвучало стервозно даже для меня.
- В чем дело, ma petite? - спросил Жан-Клод
- Тебе словно вообще плевать на Литу... И ты только что применил к ней сильный вампирский фокус.
- Ты же знаешь, что это мой не самый «сильный вампирский фокус», это игра, и я должен был узнать, возросла ли моя сила. Девушка, которую ты грозилась убить, казалась удачным вариантом, но теперь я вижу, что ошибся.
- Так ты просто играл со мной в начале? - спросила я.
- Видишь ли. ты в начале была бросающим вызов искушением, тогда как я для тебя всего лишь привлекательным раздражителем. - Он остановился прямо передо мной, а так как я все еще держала Никки за руку, то перед нами обоими. - Твоя неприступность заинтриговала меня, а затем ко мне начала взывать и твоя сила, - он потянулся к моей руке, и я позволила взять ее, но не сжала его ладонь в ответ. - И в конце концов все в тебе полностью завладело мной, - он поднял мою руку и поцеловал костяшки пальцев.
Полагаю, я смотрела на него осуждающе.
Он выпрямился, по-прежнему свободно держа мою руку.
- Ma petite, эта ревность так не свойственна тебе, особенно из-за такого пустяка.
- Ты прав, - кивнула я. - Просто я не поняла, что сначала это соблазнение на самом деле было для тебя игрой. То есть я знала это, но, если это имеет значение, для меня это не было игрой.
- Разве это не было игрой для нас обоих? Старой, доброй игрой, где мужчина добивается расположения женщины, избегающей его внимания.
Обдумав это, я покачала головой:
- Тогда я не знала, что это игра.
- Возможно современные люди не говорят об этом так открыто, но это старинная игра в догони и поймай. В отношениях всегда есть тот. кто начинает охотиться за сердцем другого, который должен решить, желает ли он быть легко пойман или неспешно с усилием, - сказал Он с улыбкой.
- Тебе хоть раз отказал кто-нибудь из тех. на кого ты положил глаз? - нахмурилась я.
Он вскинул темную изящную бровь.
- Ты втянула меня в самую увлекательную погоню в моей жизни, ma petite.
- Что значит «ma souris»? - спросила я.
- Мышка, потому что она слишком слаба, чтобы быть крысой, - ответил он. нахмурившись. – Все дело во французском прозвище? Если хочешь, я могу воздержаться от его использования относительно других девушек, ma petite.
Я сжала руки невероятно красивого вампира и привлекательного массивного верльва. Они сжали мои ладони в ответ: Жан-Клод с улыбкой, а Никки просто в ожидании, что же будет дальше. Мы с Жан-Клодом тщательно закрываемся щитами, чтобы не ощущать эмоции друг друга, но Никки – моя Невеста - всегда меня чувствовал. В этот момент он отлично знал, в насколько растерянных чувствах я пребывала. Странно, что Жан-Клод, в отличии от Никки, даже не понял, как близко я была к ссоре с ним. Я могла бы опустить свои метафизические щиты, чтобы он ощутил, насколько серьезна проблема в наших отношениях, но не стала. Во-первых, это эмоциональное уединение нам нелегко далось. Во-вторых, я была зла и не хотела облегчать ему жизнь. Пока я размышляла об этом, поняла, что могла бы поступить лучше, но...