Наконец, достаточно успокоившись, он проговорил:
- Будь ты мужчиной, мы могли бы хорошо повеселиться.
- Но я не мужчина, - напомнила я.
Он взглянул на меня с сияющим отголосками смеха лицом.
- Слышал, твоя киска такая же тугая, как задница. Вполне может получиться.
Я одарила его далеко не дружелюбным взглядом и села, придерживая простынь на груди, полагаю, больше для своего комфорта, потому что Нарциссу на грудь было плевать.
- Жан-Клод бы этого не сказал.
- Он и не говорил.
Он снова стал серьезным.
- Если Ашер...
- Как же было бы забавно позволить тебе так злиться на его вампирскую задницу, но нет, это был и не он.
Я нахмурилась.
- Не так уж много людей, которые могли бы об этом знать и так сказать обо мне. На самом деле никто не стал бы обсуждать это с тобой.
- Кое-кто все же обсудил, клянусь. Я говорил с ним, когда Жан-Клод предложил мне стать твоей гиеной зова, чтобы я не убил Ашера и не развязал войну из-за оскорбления.
- Ты правда угрожал пойти войной на оборотней и вампиров Сент-Луиса из-за этого?
Он выглядел смущенным, не думала, что когда-нибудь это увижу.
- Возможно, я так сказал.
- Поэтому ты позвал того, кто по мальчикам, но при этом был со мной, чтобы спросить его об этом? Чтобы получить подсказку? Узнать его мнение?
- Что-то вроде того, да.
Я нахмурилась. Кто это, черт возьми, может быть?
- Я буду гадать, пока ты не скажешь, кто это был.
- Я скажу при одном условии.
Я хмуро взглянула на него.
- Каком?
- Ты не тронешь его из-за этого. Мне было нужно, чтобы кто-то, кто в основном по мальчикам, честно сказал мне свое мнение, ведь ты права, я не поклонник женщин. По правде сказать, женские прелести мне не кажутся привлекательными.
- Мне тоже больше по душе мужские прелести, так что не мне тебя винить, но я не представляю, как быть с тем, кого не возбуждают мои половые органы.
- Честно, - заметил он.
- Так кто это сказал? - спросила я.
- Байрон.
Я нахмурилась. Байрону было пятнадцать, когда он умер, поэтому он навеки остался в том возрасте старшей школы, когда мальчишки подрастают и только начинают обзаводиться мускулами. Он никогда не завершит этот процесс взросления, мы никогда не узнаем, как он будет выглядеть в двадцать.
- Байрон? Мы с ним спали лишь однажды. Тогда нужно было экстренно накормить ardeur.
- Да, но с тобой он смог кончить, а у него получалось это только с тремя женщинами, за все время, включая тебя.
- Хм... Я этого не знала.
- Это огромный комплимент, Анита.
Я нахмурилась сильнее, и начала зарождаться головная боль.
- Ладно, думаю, я смогу принять это как комплимент.
- Именно ardeur может помочь нам сойтись друг с другом. Ты отпустишь его на мне и, думаю, даже для меня станешь неотразима.
- Непривлекательные женские прелести и прочее? - уточнила я, одарив его взглядом и приподняв бровь.
- Не смотри на меня так. Думаю, нам нужно быть друг с другом предельно честными, или ничего не получится.
- Не уверена, что и так получится.
- Я понимаю, но если мы не будем честны, то все точно обречено на провал.
Я взглянула на него, такого серьезного в этой постели, с потекшим карандашом для глаз и растрепанной прической, что выглядела почти стильно. Он был их тех, кто выглядел прекрасно, только проснувшись, в отличии от меня.
- Ты должна еще кое о чем узнать, прежде чем дать ответ, - сказал он.
- О чем?
- Ты же знаешь, что таких интерсексуальных людей, как я, обычно называют гермафродитами.
Я кивнула.
- У меня есть и мужские, и женские нормально функционирующие органы.
- Да.
- Просто знать об этом - одно дело, а вот действительно видеть и касаться - совсем другое. Одних это интригует, других - шокирует и пугает, поэтому тебе нужно увидеть все до того, как ты примешь решение.
Я скользнула взглядом по его телу, накрытому простыней. Я не нервничала по этому поводу, пока он не заговорил о возможных вариантах, а теперь вдруг была не слишком уверена, что хочу увидеть это представление.
- Знаешь, мне не казалось, что обнаженным ты выглядишь как-то странно, пока ты не сказал об этом.
Оп всмотрелся в мое лицо, с циничным выражением на его собственном.
- Серьезно, верится с трудом. Большинство либо интригует, либо пугает моя... особенность.
- Честное слово, я не слишком задумывалась над тем, как может выглядеть твой "нижний этаж", извини уж.
- Думал, отчасти в этом твоя проблема в отношении меня.
Я покачала головой.
- Моя проблема в том, что когда мы встретились, ты позволил моим словам и правилам своего клуба навредить людям, которых я люблю и за которых волнуюсь.
- Кстати, прости за это. Я честно не понимал, что они делают с ними, особенно с Натаниэлем. Я бы никогда не позволил им оставить лезвия в его теле так надолго, что оно начало исцеляться с ними внутри.
Я до сих пор помню момент, когда наконец увидела, что люди Химеры сделали с Натаниэлем. Ярость вернулась ко мне, отчего ладони сжались в кулаки прежде, чем я поймала себя на этом и остановилась.
- Это был твой клуб, твои правила, Нарцисс, и в комнате была вергиена, которая доложила тебе об этом.
- Твои глаза стали почти черными от злости при одном лишь воспоминании об этом.
Я одарила его своим по-настоящему мрачным взглядом. И в темноте внутри меня показалась моя гиена, взглянув своими золотисто-карими глазами, она снова вела себя не так, как большинство моих зверей вблизи животных своего же вида. Похоже, она не жаждет приблизиться к нему, но почему?
- Я считал, что мой человек докладывал мне обо всем той ночью, Анита, но клянусь, это было не так.
- Уверена, ты насмехался надо мной, сказав, что я сама виновата, когда заставила тебя приказать им остановиться и дождаться меня.
- Я понятия не имел, что именно они делали. Клянусь своей честью, хотя судя по моей репутации у меня ее нет.
- И это еще одна причина, почему мы с тобой не общаемся.
- А у тебя репутация безжалостной убийцы, что для меня не является проблемой, но ты еще метафизически могущественная женщина. И я не хочу видеть тебя рядом с моими гиенами.
- Думаешь, я их захвачу.
- Да.
- Когда я буду кормить на тебе ardeur, я буду питаться от каждой гиены, которая с тобой как-то метафизически связана. Уверен, что хочешь этого?
- Не уверен, но я видел тебя с веркрысами Рафаэля. Они очень и очень преданы тебе, но по-прежнему верны ему. Ты не отняла их у него. Ты сотрудничаешь с ним, и его сила возрастает.
- Крыса не является моим внутренним зверем, в отличии от гиены.
- Думаешь, из-за этого все может быть по-другому? - спросил он.
- Просто говорю, что это возможно. Но не знаю наверняка и не хочу, чтобы ты откупорил бутылку, а затем выяснил, что шампанское стоит дороже, чем ты рассчитывал.
Он улыбнулся.
- Мне нравится метафора, но вообще-то я не люблю ни шампанское, ни сухое вино. Люблю что-нибудь послаще, без горечи.
- Я тоже не люблю ни шампанское, ни сухое вино. Черт, я вообще вина не люблю. Пью их только потому, что Жан-Клод может через меня попробовать их вкус, а он скучает по хорошему вину.
- Так ты винишь меня в том, что Химера заставил пережить Натаниэля.
Я кивнула.
- А я избегал тебя, потому что боялся, что ты можешь поступить так же, как пытается эта сука из Арлекина.
- Не знала, что Джейн доставляет тебе проблемы. Нужно было прийти к нам и рассказать об этом.
- Прийти к тебе и Жан-Клоду и признаться в том, что я как король не могу справиться с одним мастером вампиров, призывающей гиен? Нет уж. Короли не показывают свою слабость перед другими королями, Анита, если хотят сохранить корону.
- Тогда не позволяй глупости Ашера заставить тебя сделать то, о чем ты потом будешь сожалеть, - сказала я.
- Я здесь не с позиции слабости, Анита. Я здесь потому, что среди волков, леопардов, львов, крыс и всех остальных гаденышей пока недостаточно новых бойцов, чтобы с уверенностью победить меня.