- Я здесь, потому что состою в отношениях с большим количеством людей в этой комнате, чем ты, и представляю интересы всех оборотней как на непосредственной территории Жан-Клода, так и за ее пределами.
- Скажи это Нарциссу, которого вы пленили, - сказал Ашер.
- Он хотел убить вас обоих, когда узнал, что ты сделал, - голос Жан-Клода был таким же пустым, как и его лицо, словно не мог справиться с собой и показать хоть какую-то эмоцию.
- Я знаю, ты торговался за наши жизни, mon amour, и я благодарен, - ответил Ашер.
- Тогда и веди себя так же, как ты благодарен, - сказал Мика.
- Это ты заставил Жан-Клода лишить меня моих собственных телохранителей, которые принадлежат мне?
- Принадлежат тебе? Ничто тебе не принадлежит, Ашер.
- Я мастер вампиров, и мои подвластные звери - самая могущественная животная группа в городе.
На мгновение его глаза вспыхнули ледяным голубым пламенем, а затем потухли.
- Были, - поправила я, - твои подвластные звери были самой могущественной животной группой в городе. В прошедшем времени.
Я хотела присесть, но не желала сидеть так близко к Кейну или Ашеру, и черта с два притащу Сина к ним так близко. Я могла бы устроится рядом с Натаниэлем и Микой, но это могло бы задеть Жан-Клода, и Кейн не удержался бы от комментария, что было совсем ни к чему.
- Знаю я, что вы плели заговоры за спиной моего короля, - сказал Кейн.
- Это Нарцисс пытался уговорить Ашера свергнуть Жан-Клода и захватить город, - сказала я.
Кейн нахмурился.
- Нет, это не правда. Он оболгал перед тобой моего Обей, - он указал на Мику еще драматичнее, чем я ожидала.
Я перевела взгляд на Ашера.
- Он ничего не знает?
Кейн тоже посмотрел на него.
- Не знаю чего?
- Нарцисс пытался убедить меня помочь ему в его небольшом царетворении, но я отказался, как и положено преданной правой руке.
Ашер поклонился Жан-Клоду, но так как он в этот момент сидел на диване, этот жест показался более равнодушным.
- Да, Ашер, технически ты все еще мой temoin, моя правая рука.
- Что ты имеешь в виду под "технически”, Жан-Клод?
Ашер протянул к нему руку, словно хотел преодолеть расстояние между ними и коснуться его.
Ричард притянул Жан-Клода ближе к себе и передвинул свою вторую руку так, чтобы она была свободна, оставляя место для размышлений, что он сделает, если Ашер дотронется до Жан-Клода. Так ведут себя, когда кто-то в баре лапает твою девчонку, и вместе с тем Ричард одарил его вызывающим взглядом. Это было способом без слов донести: "Мое. Не тронь." Не будь другой мужчина пьян, он бы отступил, а Ашер пьян не был.
Это настолько поразило Ашера, что тот мотнул головой, откидывая с лица волосы, чтобы посмотреть на Ричарда и Жан-Клода. Рубцы на его лице были белыми и частично покрывали правую щеку, созданный для поцелуев рот остался нетронутым, словно его мучители и помыслить не могли, чтобы изуродовать эти губы.
Знаю я, о чем задумался Ашер: преодолели ли Ричард с Жан-Клодом эти несколько сантиметров, и стали ли они на самом деле любовниками? Я готова поставить большие деньги, что нет, но отчасти в рамках БДСМ-отношений Ашера и Ричарда, Ульфрику нравилось выяснять, чего вампир желает больше всего, и отказывать ему в этом. Тело Ричарда было одним из табу, но намек что Жан-Клод получил то, что так страстно желал Ашер, и что ему никогда не достанется, было садистским отказом и доминированием над мыслями и чувствами Ашера. Это гениально, потому что для вампира это было долбанной моральной пыткой. В одном мы все точно сходимся: он заслужил немного помучиться.
Жан-Клод поудобнее устроился в объятьях Ричарда и одарил Ашера взглядом кота, слопавшим канарейку. И лишь это показало мне, насколько Жан-Клод был зол на него, ведь ревность Ашера легендарна, и это гарантированно вызовет ее, но наступает момент, когда ты просто хочешь сделать больно другому человеку, и будь прокляты логика и здравый смысл.
Рука Сина напряглась в моей. Он тоже знал, что это было плохой идеей, но не мы дергали за хвост чудище с зелеными глазами36.
(36 Берегитесь ревности, синьор.
То - чудище с зелеными глазами,
Глумящееся над своей добычей.
Блажен рогач, к измене равнодушный;
Но жалок тот, кто любит и не верит.
Подозревает и боготворит.
(«Отелло», У. Шекспир, пер. М.Лозинский))
- Ты не посоветовался со мной, прежде чем сделать Кейна своей гиеной зова, - заговорил Жан-Клод. - Какой temoin выведет из себя лидера одной из самых больших животных групп города, не обсудив это сперва со своим мастером?
- Тот, кому плевать на своего мастера и на его территорию, - ответил Ричард и развернулся больше к другому мужчине, якобы чтобы они могли лучше видеть друг друга, когда разговаривают, но теперь Жан-Клод полностью прислонился спиной к нему и с небольшим поощрением удобно устроился, а Ричард обвил его своими сильными руками. Жан-Клод обхватил ладонями эти мускулистые руки. Проявления такой близости я никогда не видела от них прежде. Это было бы волнующим зрелищем по многим причинам, не видь я в их глазах безжалостности. Не уверена, что
хоть когда-нибудь видела их одновременно такими злыми на Ашера. Полагаю, мы все были так злы на него, но к удивлению их ярость помогла мне немного остыть. Обычно я была той, кто быстро заводился, но раз они вышли из себя, кому-то нужно сохранять спокойствие.
- Я не собирался устраивать такую сумятицу, - сказал Ашер, снова скрыв волосами свои шрамы, выглядывая ангельским лицом из-за золотой завесы. Светло-голубая рубашка оттеняла его глаза, делая их еще голубее, словно на вас в ответ смотрело само небо. В V-образном вырезе виднелась его обнаженная грудь, но сама рубашка была больше, чем было нужно, так что ее цвет был достоин комплиментов, а вот размер был таким большим, что он в ней терялся, словно одолжил с чужого плеча, хотя я знала, что это не так. Черные виниловые штаны подбирали на поясе голубую ткань и сидели, как и положено качественному винилу, как вторая кожа. Черные ботинки едва закрывали лодыжки, отчего его ноги казались еще длиннее. Рубашка выглядела небрежно, почти неряшливо, но я знала, как тяжело было заправить ее под винил, случайно этого не произошло бы. Он был любовником Жан-Клода сотни лет, а значит точно знал, как должен выглядеть, чтобы ему нравилось, и, как по мне, это бессмысленно, но Жан-Клод смотрел на его одежду. Он все еще злился, но даже в
объятиях Ричарда, он зачарованно следил за Ашером, как иногда с ним случалось... черт, да и я, и Натаниэль порой это делали, а Дэв почти всегда так смотрел на него.
Я сжала ладонь Сина и сказала ему:
- Сядь с Микой и Натаниэлем.
Он поцеловал меня, легко и невинно, и сделал то, что я просила. Я направилась к Жан-Клоду, а значит и к Ричарду тоже, но времена, когда я ни за что не подошла бы к нему, не считая редкого жесткого секса, давно прошли.
Он по-прежнему был привлекательным и потрясающим в постели, но этого недостаточно, чтобы я не обратила внимание на вспышки ярости.
Они вместе с Ашером, оба по очереди, огорчают нас с Жан-Клодом.
Я наконец присела перед Жан-Клодом, так что мы трое удобно устроились между бедер друг друга на одной стороне дивана. Жан-Клод обнял меня, и я положила ладони на его руки, повторяя их с Ричардом позу чуть ранее. Длинными загорелыми руками Ричард обнял нас обоих, уверенно вытянув ноги по обе стороны от нас. Очередное напоминание, насколько большим парнем он был, во всех смыслах. Он пожертвовал некоторым своим временем в качалке, чтобы плотнее заняться борьбой. Я видела, как орудуют эти руки и ноги в спарринге, а сейчас он ими заключил нас двоих в уютное гнездышко. В этот момент я была готова отдать почти все, чтобы эта близость была такой же настоящей, как мы показывали, но мое настоящее сидело от меня по другую стороны комнаты.