- Но тебе нравится член.
- Мне нравится член, когда он принадлежит правильному человеку. И раз ты поднял такой шум за моногамность с Ашером, думаю, должен как никто другой понимать это.
Еще двое охранников выключили душ и исчезли, и это слово очень верно отражает суть. Они предчувствовали драку, и не важно с каким исходом она будет, это на них отразится. Они не должны были вести себя так, это значило, что я упустила что-то важное в отношениях между Кейном и охранниками, только вот что?
- Ашер сказал, тебе нравятся мужчины.
- Нравятся, но не все, а сейчас у меня появилось и парочка любовниц, так что я изучаю свои возможности и без члена, - последнее я произнесла с улыбкой, потому что это была очень странная беседа, тем более с Кейном. И очевидно самая продолжительная, что у нас с ним когда-либо была.
- Мне нужно увидеться с Микой, приятно тебе помыться.
Я буквально была уже в дверях, когда он сказал нечто, заставившее меня остановиться:
- Сколько же ликантропов надо было перетрахать ночью, чтобы с ног до головы уделаться в этом?
Я нахмурилась.
- Это не твое дело, но я призвала зверя Домино, чтобы спасти ему жизнь. Такое вынужденное обращение может быть жестким и грязным.
- Милая история, но будь это правдой, ты не была бы покрыта спермой вперемешку с соками Домино, что даже охранники не признали тебя.
- Я конечно знаю, что любая история при пересказе раздувается, но я провела в душе всего час, а ее уже так приукрасили.
- Ты все отрицаешь?
- Да, но откровенно говоря, даже если бы я захотела устроить буккакэ-вечеринку со всеми своими любовниками-оборотнями, какое тебе до этого дело?
- Твоя развращенность продолжает меня удивлять, Анита, только и всего.
- Это ты был тем, кто ласкал себя в душе, пытаясь задержать меня представлением. Повтори-ка еще раз, кто из нас развращен?
Повеяло его гневом, подобно горячему ветру, с показавшимся над ним зверем. Я ощущала гораздо больше жара, гораздо больше силы по сравнению с последней его вспышкой ярости, при которой присутствовала.
- Твоя сила возросла, Кейн. Отчего?
- Догадайся, - ответил он и был настолько доволен собой, словно знал, что, что бы там ни случилось, мне это не понравится.
- Понятия не имею, и мне правда нужно увидеться с Микой перед встречей с ФБР, так что у меня нет времени играть с тобой в "20 вопросов".
- Давай тогда сыграем в "Свою игру", - предложил он.
- О чем ты, Кейн?
- Категории: вампиры, ликантропы, любовь. Выбери одну.
Я прищурилась, глядя на него, но ответила:
- Я не собираюсь играть с тобой, Кейн. Либо скажи мне, либо нет.
- Ты не развлекаешь.
- Тебя - нет, и у меня правда нет времени на это дерьмо.
Я вошла в раздевалку.
Внутри никого не было, остались лишь разбросанные полотенца. Даже пара забытых кроссовок опрокинуты на бок, словно люди в такой спешке покидали комнату, что не проверили, все ли они забрали.
Почему они так убегали? Какого черта происходит? Почему Кейн так доволен собой? Черт, я должна знать. Я едва не повернула обратно в душевые, но Кейн избавил меня от этого. Он вошел в раздевалку, все еще мокрый, словно не потрудился даже вытереться полотенцем.
- Какое самое сакральное действо может сделать вампир для оборотня? - спросил он.
-Я не знаю, - ответила я.
- Ой, да брось, как называют ликантропа, принадлежащего вампиру?
- Питомец?
Он нахмурился на меня.
- Просто скажи мне, Кейн, эта прелюдия становится чертовски утомительной.
- Что вампир делает во имя любви и силы?
Теперь я тоже нахмурилась.
- Делает кого-то своим человеком-слугой.
- А если этот кто-то не человек?
Я всмотрелась в его темные глаза, в его самодовольное лицо.
- О черт, Ашер сделал тебя своей гиеной зова.
- Та-дам, ты выиграла!
- Черт, Кейн, Нарцисс слонялся за Ашером почти два года, чтобы тот сделал его своим зверем зова. Ты не один из самых сильных гиен в вашей группе. Твоя сила возросла, конечно, но Ашер не получил столько же, сколько ты.
- Он любит меня.
- Да, и что с того? Нарцисс за это может прикончить вас обоих.
- Он не посмел бы навредить мне сейчас, потому что это может убить Ашера, а всем известно, что Жан-Клод способен убить, защищая своего вампира-любовника.
- Почему сейчас все в душевых испугались тебя?
Я уж думала, он не способен выглядеть еще более самодовольным, но ошиблась. Он несомненно просиял, поздравляя самого себя.
- Теперь я занимаюсь с охранниками.
- Ты начал заниматься, увидев, как сильно Ашера впечатлили мускулы и тренировки.
- У меня есть мускулы, и каждая гиена занимается, иначе просто не выжить, не обзаведясь шрамами.
- Да, да, у вас с верльвами так развита вся эта мачо-фигня, но у тебя в зале никогда не было той же нагрузки, что и у наших охранников, у тебя и сейчас ее нет.
Его гнев вернулся, всепоглощающий и яркий, и такой... сильный. И у этой злости был знакомый привкус. Я рассмеялась.
- Что смешного?
- Ашер рассказал тебе, что когда ты связываешь себя с вампиром, то вы обмениваетесь некоторыми чертами личности или особенностями?
Он нахмурился, и по его лицу все еще стекала вода.
- О чем ты?
- В твоем собственном гневе чувствуется немного гнева Ашера, а значит и он заполучил что-то от тебя. Жду не дождусь, узнать, что именно, ведь ты такая дрянь.
Гнев обернулся яростью, он сжал по бокам кулаки. Мое оружие еще лежало в шкафчике, и мы были один на один. Кейн был не так хорошо тренирован, но ему было проще дотянуться до меня, он был крупнее, превосходил по силе и скорости, и какую-никакую подготовку имел. Мне не хотелось, чтобы все вышло из-под контроля. Или хотелось?
- Почему охранники, которые сегодня тренировались с тобой, боялись тебя?
- Потому же, почему Нарцисс меня не тронет, это выведет из себя короля Жан-Клода.
- С чего вдруг ты прикрываешь свою задницу на тренировке Жан-Клодом?
- С того, что тронешь меня, и это навредит Ашеру, а Жан-Клод не позволит никому обижать своего златовласого мальчика-вампира, - он сказал это с яростью, подпитанной очень сильной завистью и ревностью.
Я вдруг осознала, что немного провоцировала его, потому что тогда могла бы ещё подпитаться. Я заметила, что гнева всегда не хватало. Вожделение можно удовлетворить, хотя бы на время, а гневом нельзя "наесться" досыта или успокоить как либидо. Я всегда была готова разозлиться.
- Что бы ты ни делал, сколько бы Ашер ни говорил о своей любви к тебе, ты всегда будешь знать, что не тебя он жаждет видеть в своих объятьях и своем гробу.
- Ашер любит меня.
- О да, любит достаточно, чтобы совершать невероятные глупости.
- Не говори так.
- Нарцисс волен наказывать своих гиен так, как ему угодно. Мы им не указ.
- Потому что зверь зова Жан-Клода не гиены, но они подчиняются Ашеру, моему мастеру.
- В какой-то степени да, но в этом случае... Нарцисс сделает исключение.
- Ты просто завидуешь.
- Чему? Тебе? Вам с Ашером? Мы с ним по-прежнему спим и практикуем связывание, потому что ты слишком ванильный. Ты долбанный псих в эмоциональном плане, но в спальне предпочитаешь исключительно миссионерскую позицию при выключенном свете.
- Ашер не сказал бы такого обо мне.
- Если бы ему не было так скучно с тобой в постели, Кейн, он бы не спал до сих пор со мной, Натаниэлем и Жан-Клодом.
- Заткнись, - и в голосе его слышалось рычание. Его зверь был центром его гнева, словно они переплелись сильнее, чем прежде.
- Если бы Ашеру не было до безумия скучно с тобой в кровати, он не позволял бы по сей день Ричарду связывать себя, прижимаясь своим телом к его. Ты знаешь, что Ашер, не задумываясь, позволил бы Ричарду поиметь себя.
- Это не правда!
Я позволила ему увидеть свою версию удовлетворенной не самой приятной улыбки и ответила:
- Правда, и ты знаешь это.