— Как же я мог забыть?
— У нас произошел спор, ссора, и твое внезапно холодное отношение, ну... такого никогда не происходило со мной прежде. Теперь-то я понимаю, что ты провел меня через тот же процесс, который я позже использовал на Малоке.
— Так и должно быть, Дон, — сказал командующий сектора. — У тебя был потенциал, ты мог стать одним из лучших членов нашего корпуса — точно также как малокане потенциально были одной из лучших рас в Галактике. Но если бы ты продолжал идти по проторенной дорожке, то ничего не смог бы здесь сделать. Я должен был предпринять кое-какие шаги, чтобы ты осознал свой потенциал. В противном случае, чувствуя за своей спиной мою штаб-квартиру, ты бы кайфовал и постоянно связывался с Малокой III, чтобы испрашивать моего совета по любой мелкой проблеме. А такого не должно быть. Резидент-администратор должен сам решать все проблемы.
— Да, — тихо сказал Свифт. — Конечно.
Теперь он наконец-то понял. Осознал. Он справился с проблемой преподавания знаний малоканам, а затем сумел справиться со своей глубокой любовью к ним и заставил себя принять меры для того, чтобы стать им ненавистным.
Но при этом он сам вырос. Осталась лишь одна проблема, только один камень преткновения на пути к полной зрелости.
Он с трудом встал с постели, не обращая внимания на разинувших рты Булстроудов, игнорируя огненные вспышки боли, проносившиеся вверх-вниз по его телу, и неуверенными шагами направился к командующему.
— Я все понял, — сказал он. — Сейчас малокане ненавидят меня, но настанет время, когда они поймут, что я сделал для них, и тогда простят меня.
— А ты меня простишь? — спросил старик.
— Конечно, — тихо ответил Свифт.
Образ тирана с кнутом в руке, снова возникший в его памяти, взорвался и испарился, точно клочок утреннего тумана, а вместо него возникло знакомое лицо высокого человека, от которого он так долго зависел... Но теперь эта зависимость прошла, остались лишь глубокое уважение и любовь.
— Я прощаю тебя... папа.
Father image, (Saturn, 1957 № 3).
Пер. Андрей Бурцев.
САБОТАЖНИК НА КОСМИЧЕСКОМ КОРАБЛЕ
Космический корабль «Альтаир» спокойно летел по темной ночи космоса, покрывая световые годы, лежащие между Землей и Сириусом. В помещении «холодного сна» Рекс Холден беспокойно пошевелился в своей жидкой ванне, стал потягиваться и что-то бормотать во сне. Как и остальные восемьдесят пять мужчин и женщин на борту корабля, Холден проспал почти десять лет, пока летел «Альтаир». Полет к Сириусу, находящемуся в восьми световых годах от Земли, должен был занять двадцать пять земных лет, так что корабль не миновал еще и середину пути. В камере Рекса Холдена на миг сверкнула металлическая игла и вонзилась ему в грудь.
По аорте к сердцу Холдена побежал адреналин. Холден смутно почувствовал, что вокруг что-то происходит, а затем колпак его лежанки-ванны скользнул в сторону, и он сел, постепенно приходя в себя.
Наконец он понял, что происходит. Наступила его очередь поработать сторожем спящих. Каждый участник экспедиции должен во время полета провести четыре месяца бодрствующим согласно заранее составленному графику. Кибернетический диспетчер «холодного сна» управлял их пробуждением. Недавно пробужденный сторож, как предполагалось, должен найти своего предшественника и отправить его спать остальную часть путешествия.
Холден еще раз лениво потянулся и помотал головой, разгоняя туман дремоты продолжительностью в десять лет. Сначала было трудно приспособиться к нормальной жизни после стольких лет почти полной приостановки жизнедеятельности. Нужно было время, чтобы артерии вновь начали нести кровь отдохнувшим синапсам, а нейроны начать реагировать. Это время...
Внезапно Холден услышал в дальнем конце помещения «холодного сна» громкий звук бьющегося стекла. Этот звук эхом прокатился по тихому кораблю, ударяя в уши Холдена. Он вздрогнул, как от боли, потому что уши так долго ничего не слышали, что не сразу смогли начать действовать.
Глянув искоса по сторонам, Холден увидел что-то передвигающееся в дальнем конце помещения. А затем, даже не потрудившись надеть одежду, которая висела возле его лежанки-ванны, он вскочил и бросился туда.
— Холден! Откуда вы?..
Это был Иаир Лесли, еще один участник экспедиции — низенький, лысеющий человек, который не понравился Холдену еще во время долгой психологической притирки перед полетом. Он также только что проснулся, так как был голый, а глаза его странно мигали, глядя на Холдена.
— Что здесь происходит, Лесли? — спросил Холден, махнув рукой вперед.