Я направился по геодезической прямой на Фобос. У меня заканчивалось время. Фобос такой маленький, какой только может быть луна — всего лишь пять километров в диаметре. Я не хотел, чтобы с какой-нибудь ретрансляционной станции увидели меня, поэтому приземлился вне зоны видимости за горизонтом, до которого тут было двести метров.
Затем я надел скафандр и направился на станцию. Но когда подошел к ней, то не прошел в воздушный шлюз, а подполз к одному из окон.
Конечно же, внутри был Сэм Ледлэнд, огромный, как мамонт, и еще более ужасный. Он был совершенно один, надевал скафандр. Я завертел головой внутри шлема, озираясь. Как я и ожидал, поблизости стоял корабль. Я видел его странно наклоненный нос на фоне зубчатого горизонта неподалеку отсюда.
Все выглядело так, будто Сэм Ледлэнд собирался улетать, и я решил подождать его у воздушного шлюза. Одновременно я думал о том, где же Чаннинг. Я надеялся, что не совершил ошибки в своих выводах и что он все еще жив и находится где-нибудь на станции.
Я взглянул на часы и вздрогнул, потому что времени у меня в запасе оставалось меньше, чем я думал. У меня было двенадцать часов, когда я починил холодильник, но невозможно рассчитать совершенно точно, когда произойдет сбой. Вероятно, он может достигнуть критической температуры в течение ближайших пятнадцати минут. И тогда все пропало! Я молился, надеясь, что Сэм Ледлэнд вскоре откроет воздушный шлюз. Я молился и подбирался к шлюзу. Добравшись до него, я остановился и стал ждать.
Когда Ледлэнд вышел наружу, я увидел на его свиноподобном рыле широкую, счастливую улыбку. Этого я уже не мог вынести, да и не хотел сдерживаться. Он не видел меня, когда открывал внешнюю дверь, но зато не прошло и секунды, как почувствовал меня. Потому что я нанес ему жестокий удар прямо в солнечное сплетение.
И был поражен.
Я предполагал, что Сэм Ледлэнд весь заплыл жиром, но оказался не прав. Под слоем жира у него были хорошо развитые, твердые мышцы.
Когда я ударил его, то он не согнулся, а просто удивленно отступил. Затем узнал меня и бросился вперед, точно бык.
И сразу же совершил ошибку. Он выбросил кулак, пытаясь попасть мне в лицо, и забыл при этом, что на мне был шлем. Удар был так силен, что я пролетел несколько метров в слабой гравитации марсианской луны. Но я не был ранен, а Ледлэнд тряс ушибленным кулаком.
Я бросился к нему, словно пуля, миновав разделяющие нас метры. Головой врезался в его живот и почувствовал, как вышиб из него дыхание. Мы вместе упали на землю, и я снова ударил его в живот — так, на всякий случай.
Но он лежал неподвижно.
Я с трудом затащил его в воздушный шлюз и включил насосы. Когда давление стало в норме, я затянул его из шлюза в коридор, отвинтил ему шлем и дал в челюсть для профилактики.
Затем взял бластер из его кобуры, разрядил и сунул обратно, после чего пошел в радио-комнату. Внезапно позади я услышал шаги.
Я резко повернулся. Это был Чаннинг, стоявший и тупо уставившийся на неподвижное тело Сэма Ледлэнда, валявшееся на полу. Затем он потер затылок.
— Кто-то приложил меня сзади, — сказал он. — Что, черт побери, здесь произошло?
Я удобно оперся плечом о переборку.
— Да много чего, — ответил я. — У Сэма Ледлэнда был славненький такой план уничтожения нашей ретрансляционной станции.
Я объяснил ему все шаг за шагом. Когда я закончил, Чаннинг кивнул.
— Да, я все понял. Ну что ж, он не добился успеха, значит, ничего не потеряно.
— В этот раз да, — сказал я. — А как насчет следующего раза?
— Следующего раза? Что вы имеете в виду?
— Да перестаньте, Чаннинг, вы знаете, что я имею в виду! Кто-то ведь должен был послать фиктивное сообщение якобы с Земли марсианской полиции и кто-то должен был подсунуть мою фотографию и другие идентификационные сведения в это сообщение. И этот кто-то — вы.
Он рванулся вперед, я не стал ему мешать. Он перепрыгнул через лежащую фигуру Ледлэнда и выхватил бластер из его кобуры. Потом поднялся, направив бластер на меня.
— Вы довольно умны, Мартин. Что можете сказать еще?
Я даже не шевельнулся.
— Я не знаю весь план, — сказал я, — но готов держать пари, что вы получили бы хорошенький куш, если бы этот план сработал. Вы хотели разрушить станцию, но вам требовался козел отпущения. Вы вовсе не хотели брать вину на себя. Таким образом, вы сломали холодильник, а затем установили слишком большой жучок, через который пойдет ток. После этого вы радировали на Землю за помощью. Вы прекрасно разбираетесь в электронике, чтобы знать, что я стану делать со всем этим. Между прочим, у вас есть в запасе лампы Z9M9Z. Что вы сделали с теми? Выбросили в космос?