Ресницы у парня подрагивают, надеюсь, он снова не видит ту, что его так взбаламутила. Не горю желанием, чтобы его снова накрыло. И будить не хочется поэтому же. Но Акила прав, проверить его надо. Была не была, если набросится - завизжу, кто-нибудь да прибежит.
Некстати вспыхиваю, вспомнив то, что творилось здесь. Явно ощущаю на себе раскаленные прикосновения. За какие-то секунды он успел ощупать все места на моем теле и облизать мой рот. И это было вовсе не противно, хотя от невинных, но однозначных прикосновений моих бывших одногруппников и коллег меня тошнило. Я уже думала, что такова моя физиология. Даже думала, что это связано с моими особенностями, которые открыла ещё в своём мире. Оказалось, что права. На магического мужика я отреагировала впервые, как нормальная девушка. Меня даже в дрожь бросило, когда он своим вставшим членом упёрся мне в бедро. И сейчас бросило, а это лишь фантомные ощущения.
Пока я ладонью остужаю пылающие щеки посредством обмахивания, Перспи очухался. Лежит, не двигается, только смотрит внимательно, чуть прищуривщись. На мгновение стушевавшись, прокашливаюсь и говорю:
- Привет, солдат, - подхожу ближе, ставлю на прикроватная тумбу свой не хитрый набор, - Как чувствуешь себя? Рану покажи, - киваю на одеяло, - Ты понимаешь меня? - я поднимаю брови, когда он не реагирует, продолжая метаться по моему лицу взглядом, - Хорошо. Я сама тогда, договорились? - тянусь к одеялу, но он перехватывает мои руки. Вздрагиваю. Чувствую, как он сжимал этими руками грудь и попу, будто и сейчас это делает, - Мне надо осмотреть тебя, - повторяю медленнее, ловя его взгляд, сохраняя абсолютное спокойствие.
Он хмурится, отпускает и сам убирает одеяло.
Краем сознания замечаю приближающиеся шаги, затем узнаю голос Октава. Поворачиваюсь ко входу в палату, когда в него входят двое, отодвигая брезент.
- ...очень похвально, Иша.
- Ксон? - блондинка подпрыгивает на месте, округляет глазки, узнавая нашего тяжелобольного.
- Не показалось, - в ответ ухмыляется парень, тяжело и хрипло выдыхая, жадно осматривая медсестричку, - Алиша…
Алиша… Иша…
Это он меня с ней спутал?
3.
Кручу головой, рассматривая свое отражение в зеркале со всех сторон.
Разве мы похожи? Как мыло и подушка. Форма, в принципе одна, а размер, содержание и назначение разное. Да, блондинки. Да, голубоглазые. Все!
Хотя Ксон Перспи был в таком состоянии, что мог спутать и ручку с баней.
Отпускаю ситуацию, потому что это все меня не касается. Он хочет её себе, она, судя по всему тоже не против. Подошла ко мне после осмотра, с которого я свинтила, и попросила:
- Али, - фу!
- Алина.
- Алина. Ксон был не в себе, но ты и сама это понимаешь, да? Давай не будем ставить в неловкое положение бедного парня…
Бедного? Да где хоть? Там у него вовсе не бедно...
Мысленно дала себе оплевуху.
Это. Не. Моё. Дело!
- Я нечаянно подтвердила, что он набросился на меня, - нечаянно, ха! - и убедила, что никаких проблем нет, ничего страшного не произошло. Пусть так и останется, да?
- М-м… Еще и жизнь ему спасла…
- Не без этого, - довольно розовеет и продолжает тараторить, - Не говори ему, пожалуйста, а я в ответ что угодно сделаю. Вот увидишь, любую просьбу исполню. Хорошо? Спасибо! Я побежала обратно тогда! Не теряй.
Да уж, рано вы, Октав, похвалили девочку. Видимо, учеба с книжками откладывается на неопределённый срок.
Интересно, она заметила, что у нее не сходятся данные. Она недавно удивилась встрече с ним, хотя до этого сама с того света его тащила? А этот неплохой парень Ксон Перспи сопоставит эти моменты или мозги утекли от встречи с любимой?
Да не моё это дело! Вот вообще не моё!
И когда это меня начали волновать чужие шашни? Не было ведь такого. И раньше я не побежала бы к зеркалу себя рассматривать.
И правда, удивительное дело. Стоило моему телу откликнуться на вставший на меня член, как тут же мне стала интересна личная жизнь его хозяина. Это у всех женщин так работает?
Фыркаю, качая головой. Для полноты картины осталось влюбится в Перспи, а потом долго и со вкусом страдать по нему, когда тот будет отправлять свою беременную жену Алишу домой, ждать его с войны.
Зарываюсь в работу. Приходят уже выписанные солдаты, меняю им повязки, прибираю освобожденные палаты на восемь койко-мест. Проверяю ребят, что сегодня приняла Иша, которая теперь пропала в другой общей палате, куда перевели Перспи. Падаю на стул в кабинете, заполняю бланки-отчеты по лекарствам, их же разбираю на ночь и ещё на утро.
Сегодня я на сутках, если никуда не дёрнут, я проведу ночь здесь, а с завтрашнего вечера нам начнут помогать полевые сестры, после того, как выспятся. Я не против, если они уйдут на полноценные выходные, но те сами не хотят. "Чем ещё тут заниматься? А любовь можно и на рабочем месте крутить", - так они сказали.