Если действие пыли действительно длилось всего пару минут, то времени на осуществление шалости у него оставалось мало. Поэтому, как только Ниннель отошла в другую часть рабочего места, Войла с ловкостью кошки сиганул на поверхность стойки, а следом плавно спустил ноги на пол.
Ниннель даже ничего не почувствовала. Лишь продолжила строить скучающее недовольное лицо.
Гуляев казалось, даже задержал дыхание на следующие несколько секунд. Он осторожно встал сзади Нэли, и одномоментно, мысленно досчитав до сто пятнадцатой секунды, с медвежьей силой обнял девушку со спины.
Ниннель глубоко вдохнула, уже захотев визгнуть, но, увидела как из ничего пятнами проявляются руки с обгоревшими рубцами.
— Ну началось баловство…— Нэля глубоко вздохнула и похлопала по предплечью Гуляева ладонью,— Тебе пыль не для того дают, чтоб ты её на такой бесполезняк тратил.
— Да ну, зато тебя взбодрил, перед рабочим-то днём, м?,— Войла с улыбкой отстранился от Ниннель, которая тоже улыбнулась.
— Ну ничего, я тебя потом заставлю стойку вылизывать, от следов ботинок.
Войла поджал нижнюю губу и медленно опустил взгляд на стойку. Два следа. Достаточно чётких. От его ботинок.
Потом он перевёл взгляд на Ниннель, который всем своим существом говорил: «Пиздуй отсюда, пока твоё лицо не прошлось по поверхности этой дубовой столешницы».
Словно прочитав мысли девушки, Войла осторожно покинул стойку регистрации через боковую дверцу, и утопал обратно на этаж, где находилась квартира Ниннель. Попутно, он конечно же, не переставал тихо гыгыкать, от того что задуманное реально сработало. Всë-таки есть и более увеселительное применение пыли. Да, немного не рациональное. Но применение же.
На следующей смене предстояло опробовать и другие виды пыли, если сталкера ничего не отвлечёт. Сейчас же, он решил отправиться на заслуженный отдых, чтобы проснуться глубокой ночью и продолжить работу уже выспавшимся и полным сил.
Сталкер разлепил глаза, чувствуя, как дико вибрируют его часы на запястье. Посмаковав языком, Войла уже хотел снова провалиться в сон, медленно закрыв глаза. Но, тут же приподнялся, выведя себя тем самым из состояния полусна. Быстро подняв руку, он развернул её к себе тыльной стороной и стряхнул рукав куртки вниз. Нажал на кнопку на часах и глубоко выдохнул. Вибрация прекратилась.
— Твою мать…— Войла поморщился и медленно поднялся с раскладушки, разгибая спину. Спать на этом железном гробу было практически невозможно.
Войла сразу же подумал о возможности озаботить Ниннель покупкой нормальной кровати. Но физически он это сделает потом.
Гуляев потянулся, размял руки. Подтянув к себе рюкзак, достал из кармашка несколько красных камней. Засунул их в карман рабочки, в которой он собственно спал, а уже потом вышел из своей комнаты. Ниннель ещё не пришла — скорее всего задерживалась на смене. Обычно её подменяла старая женщина живущая здесь, и которая как оказалось, работала ещё и уборщицей.
Протерев лицо ладонью, Войла посмотрелся на себя в зеркало. Лицо грязное, глаза усталые. Создавалось ощущение что он будто на каторге работал, раз так выглядел. Отвернувшись от зеркала, Войла мимолётным взглядом окинул квартиру, и, уже через мгновение покинул её.
В темпе вальса сталкер спустился с лестницы. Пока проходил мимо стойки, где стояла уставшая Нэля, махнул ей рукой. Девушка лишь безучастно кивнула. Кажется, что-то её очень вымотало за эту смену. Вероятно, ещё один пьяный неадекват, или ещё какой-нибудь постоялец, решивший показать своë «Я».
Войла ускорил шаг и направился в подсобку дабы не мозолить глаза Ниннэль.
А в столовой, через которую нужно было прежде всего пройти, был настоящий аншлаг. Стянулось куча народу, и Светлана в окне выдачи, как и Ниннель, тоже выглядела очень уставшей. Это всё объясняет. Скоро и Войла будет такой же, учитывая что поставки продовольствия зависели всецело от количества посетителей.
Прошмыгнув мимо Светланы, Войла сразу же через подсобку прошёл в складское помещение. На въезде в большой корпус бывшего завода стояло сразу три буханки. Водители дружно переговаривались между собой, держа в руках накладные, которые Войле нужно было заполнить.
Гуляев на ходу достал ручку из кармана. Дойдя до водителей, собрал у них накладные. После, уселся на ящик и принялся их заполнять.
Водитель одной из буханок подошёл к Войле, с интересом смотря, как тот заполняет бумаги.
— Не заебался?,— водила достал из кармана папироску и зажал её зубами.