Лежащий на одной из кроватей сталкер поморщился, разлепив глаза. Не поворачивался, смотрел в стенку, продолжая слушать ор зашедшего человека.
Теперь, с новой работой наладился само собой, особый, имеющий свою магию, быт. Все его прелести Войла ощущал уже как неделю, и, сегодняшний день не стал исключением.
— Стартер, Капля, Пилот! Подъём!,— оравший во весь голос Градус подходил к каждой койке и встряхивал бойцов по очереди. Когда он добрался до Войлы, тот с разворота обернулся и схватил руку Градуса. Мужчина, вздрогнув, отпрянул от испуга.
— Сука, так ты ещё и не спишь!
— Я-то? Да вообще, и не говори. Пока храпел, вон, с Каплей в домино перекидывался,— Войла спустил ноги с кровати и посмотрел на грузного мужчину, поднявшегося из подушек в соседней койке,— Да, Капля?
— Ага…— здорового вида мужик потёр ладонями глаза и встал, начав заправлять кровать и одеваться.
— Ну вы как обычно. Провод и Кабина уже бодрствуют, а вы ещё нет. Уже час с подъёма прошёл.
— Да хорош орать, Николай Михалыч ля,— вдруг отозвался грузин, вяло поднявший голову с подушек,— Башка болит… Су-ука… И ва-аще, какого х-хрена ты тут своё ля-ля вставляешь? Едва ли не на тры звания ныже, слыш, мамлей!
Градус вдруг замолчал, задёрнув грудки кителя. Он-то младший лейтенант, а разбудил казарму с двумя, по меньшей мере, старшими по званию боевыми товарищами. Каплей — ныне старлеем, и Пилотом — ныне капитаном.
— Да ладно… Вас Дактир просил поднять, я тут ни при чём…
— Ну как сахару, так два куска, а как…
— Отставить жаргон,— вдруг начал Капля, удержав продолжение фразы Войлы за его зубами,— Собрались и пошли. Дактира задерживать нельзя.
Градус же, под шумок, свалил из комнаты, не став долго задерживаться на одном месте.
Войла, грустно вздохнув, поднялся с койки. Но, ещё тяжелее него поднялся грузин. Он, пошатываясь, тихо матерился на своём языке, застилая кровать и выискивая упавшие с края кровати носки.
— Блеять, где караси?
— Никак уплыли?,— Войла тихо гыгыкнул.
Застелив за собой кровать, он накинул свитер и штаны, продолжая наблюдать за ползающим у своей койки грузином с болящей головой.
Как только тот нашёл искомую вещь, то уселся на кровать, принявшись натягивать их на свои ноги и приговаривать:
— Хто встаёт всегда всех раньше… Хрен, петух и зампотех… Хрен посцать, петух попеть, зампотех машину грэть…
Сталкер, слыша слова Пилота, тихо ржал.
Капля же, собранный уже быстрее всех, стоял возле выхода из комнаты, немного недовольно поглядывая и на Войлу, и на Пилота. Но, за время нахождения здесь, Гуляев понял что такой взгляд у Капли всегда. Даже когда он искренне чему-то рад, он выглядел так, будто бы ему перед лицом поставили тарелку дерьма.
Войла к нему тоже подтянулся, как только накинул на шею песочный шарф.
— Пошли. Пилот потом подойдёт,— Капля кивнул головой в сторону двери. Гуляев по своему обыкновению согласился, тут же выйдя в коридор.
Двое в спокойном темпе спустились вниз хостела, где их уже ожидал Дактир. Тот, в отличие от Градуса, был более приветлив.
— Вечера, мужики. Ну что, как спалось?
— Приемлемо,— сразу отчитался Капля. Войла же, не став добавлять что-то лишнее, лишь кивнул в знак подтверждения.
— Замечательно. Градус уже обслужил машины, можно отправляться на следующую точку.
— Светляк ещё не свалил?,— Капля поправил ворот куртки и почесал затылок.
— Нет, ещё ствол начищает. У тебя к нему какое-то дело?,— Дактир развернулся, отправившись на выход из хостела. Капля и Войла последовали за ним.
— Просто поинтересовался. Обычно он уже к нашему пробуждению едет на место.
— Едет?,— вдруг поинтересовался Войла.
— Он на своей машине. Выезжает раньше, чтобы занять срединную позицию между точкой отправления и прибытия,— ответил за Каплю Дактир. Спустившись по ступенькам, командир подошёл к УАЗику и открыл водительскую дверь.
Вдруг, за спиной послышалось тихое тарахтение. К стоянке подъехала весьма новая тёмно-зелёная волга с затонированными стёклами.
— Нихуясе гроб с музыкой…— Войла удивлённо вскинул брови. В своём мире ему редко доводилось видеть откровенно гражданские автомобили. Да и вообще, машины были редкостью. Если ПАЗики и УАЗы и в его мире встречались довольно часто, то вот такие машины были для него большим поводом удивиться.
Из автомобиля вышел, похоже, Светляк. Он молча подошёл к Дактиру, пожав ему руку, к Капле с тем же самым, и только потом к Войле.
— Ну чё, освоился?
— Ага. Почти как родной. Уже пять выездов, сегодня шестой,— Войла протянул руку Светляку. Тот с удовольствием принял рукопожатие.