Мало того, что по всему телу разлилась жгучая боль, так ещё и неплохо помутнело в глазах. Но, это только на первую долю секунды. Далее Войла почувствовал, как в течение нескольких минут кровотечение остановилось, а кожа стянулась, даже не оставив рубца на ладони. Хотя там и места-то особо не было под новые шрамы.
Сталкер смог создать безопасный для употребления микс. По крайней мере Гуляев всё ещё был жив, оставался в здравом уме и не елозил по полу со перекошенным лицом и неконтролируемым потоком слюны изо рта. А это значило только одно — он смог безопасно смешать микс. По крайней мере, он был безопасен для него, исходя из рассказа Пилота о том, что Войла, похоже, экс.
Войла мелко дрожал, поглядывая на зажившую руку. Шмыгнув носом, понял, что очень сильно хотелось кашлять. Да. Ему определённо нужно было что-то придумать с пылью. Лёгкие просто не выдерживали такого количества сыпучего вещества.
И тут-то Войла снова озарился мыслью, как только взглянул на отданный ему Проводом термос.
Жидкость. Нужно сделать из пыли жидкость. Сделать экую-некую микстурку. Правда, Гуляев не знал, какая эта микстурка получится на вкус. Тем не менее, это его не остановило. Он пошел в столовую хостела, набрал полный термос кипятка и вернулся в комнату. Там он достал из рюкзака мешочек с сухими листьями чая, бросил их в термос и взболтал. Листья уже изрядно набрались влаги из-за климата Мешка, но это не повлияло на их вкус. В прочем, вкусовые качества чая волновали его в последнюю очередь.
В течение пары часов он пытался создать жидкую версию микса. По своему усмотрению, он назвал её «Микстурой», но конспирации ради, называть будет чаем.
Сначала смешать сухой порошок из камней с жидкостью не получалось. Гидрофобная пыль просто не давала никакого эффекта, и при попытке выпить чай с таким содержанием вещества, ничего не происходило.
И тогда, Войла додумался расплавить пыль. И вот после переплавки, при попытке её смешать, она вступила в реакцию с жидкостью. Процесс диффузии двух веществ привёл к тому, что микс смешался с чаем. И вот его употребление Войлу полностью устроило.
Микс наоборот, не вызывал ещё более сильную боль, а глушил её. А свежие раны, которые Войла наносил на ладонь проверки ради — очень скоротечно заживали.
Единственный минус этой смеси — сильная горечь, как у крепкого чифира. Но проблема решалась одной ложкой сахара, что немного облегчило ситуацию.
Впервые за много лет Гуляев почувствовал, что его когда-то было сломанные конечности больше не болят. Исчезла и остаточная боль от сегодняшнего ранения.
Под приятным впечатлением от своих экспериментов, Войла собирался ко сну. Предварительно убрал всё со стола, вытер кровь, которая уже почти успела запечься, собрал все вещи обратно в рюкзак. А термос положил к себе под подушку, предварительно плотно закрыв крышку. Теперь, можно было спокойно улечься спать. Непроглядная и зыбучая тьма погрузила Войлу в спокойствие, и уже в очень скором времени, он наконец-то уснул.
В основном, во время отдыха его не посещали никакие сны. Хотя, всё-таки пару раз за несколько часов он снова столкнулся с неприятными, совестными видениями. В прочем, он подумал, что это всё последствия слишком частого употребления микса. Наиболее точные граммовки, и то, как влияет на организм микс в жидкой своей форме, ему предстояло узнать потом.
Учитывая, что следующий выезд обещал быть не боевым, у Войлы будет много времени как на изучение составляющих микса, так и на другие вещи, которые он хотел сделать. Например, помочь Капле в осуществлении его мечты связанной с ДШК.
Мозг, в общем, не долго травил голову Войлы разного рода мыслями, и совсем скоро, позволил сталкеру провалиться в тягучий, сладкий сон…
Глава 9
Дактир
Монотонный ритм дождя, барабанящего по крыше гаража, давно перестал действовать на нервы. Напротив, этот звук превратился в своеобразную колыбельную, которая помогала упорядочить мысли и сосредоточиться на работе. За прошедшие недели Войла полностью адаптировался к коллективу каравана. Он научился не обращать внимания на характерные особенности каждого члена команды: на бытовую неосведомлённость Кабины, чрезмерную серьёзность Капли, непокорность и недисциплинированность Светляка. Даже показная важность Градуса, который постоянно стремился доказать своё превосходство, больше не вызывала раздражения.
Единственной неизменной константой оставались тёплые отношения с Проводом. Связист, как и прежде, всегда был готов поддержать беседу и помочь советом. Именно сейчас, пока Войла сидел в гараже, Провод увлечённо обсуждал с ним технические детали модернизации оружия.