Позволив себе временно отключить совесть, Войла чуть приподнялся и, взявшись за края халата Мариа, сдёрнул его на плечи.
Войла был, мягко говоря, удивлён. Под шёлковым халатом скрывался внушительных размеров бюст. Судя по хитрому выражению лица Мариа, она думала, что это её козырь, который привлечёт всё внимание Гуляева. Но она жёстко обломалась, когда тот безразлично запахнул халат обратно.
Возмущённо нахмурившись, японка только хотела как-то хитро обматерить его на свойском, но тут же умолкла, дрожаще выдохнув.
Войла наклонился к её шее и прижался губами, чувствуя запах пудры и дешёвой реплики «Шанели».
Мариа прикрыла глаза и закусила нижнюю губу. И всё же Войла не остановился на одной шее. Дорожкой поцелуев он спустился ниже, к груди, всё же уделяя некоторое время и ей. Видя, как плавилась девушка, Войла в какой-то степени даже вдохновился на продолжение. Такая ненавязчивая, нежная отзывчивость пришлась ему по душе, словно девушка знала, как ему угодить.
Сталкер выпрямился. Аккуратным движением он провёл ладонью от самого живота к лоно.
Японка на секунду замерла, а потом, приподняв руку, прикусила ладонь, чтобы не издавать громких звуков.
Войла уступал желаниям куртизанки, предпочитая заняться ей. Всё, лишь бы отсрочить свою участь.
Пальцы сталкера двигались в аккурат по шёлковому белью, которое постепенно влажнело.
Японка вдруг начала что-то тихо бормотать надрывающимся от удовольствия голосом. Впрочем, Войла не особо разобрал, что она там говорила на свойском. Хотя по интонации отдельно вырывавшиеся с её уст фразы не были похожи на японское наречие.
Не особо заострив внимание на данной теме, Войла осмотрелся.
На полке рядом с кроватью стояла белая бутылка с дозатором и несколько блистеров с презервативами.
Гуляев неохотно вздохнул.
И не успел он задуматься о том, что ему придётся делать всё самому, как решительное и сильное движение девушки заставило его упасть на кровать вместо неё.
Японка поднялась, встав перед кроватью.
— На евнуха не похож, член на месте. Для монаха слишком молодой,— проговорила девушка.
Мариа наклонилась и, забравшись кончиками пальцев под штаны и боксеры Войлы, она в одно движение сдёрнула их на колени.
Войла на какой-то момент почувствовал себя неуютно. Но накативший в тело жар от картины, происходящей перед ним, сгладил различие температур между телом и комнатой.
Мариа повернулась к Войле спиной и, заведя руки за спину, под халат, расстегнула бюстгальтер, сняла его, кинув на край кровати. А потом, медленно качнув бёдрами, развернулась, спустив халат с плеч.
Войла сглотнул и несколько раз проморгался. Только он хотел хотя бы «акнуть», как Мариа его прервала. Она залезла на кровать, грациозно наклонилась вниз и прильнула к губам сталкера. Гуляев хотел произвести попытку к сопротивлению, но что-то его от этого остановило.
Мариа продолжала настойчиво его целовать, параллельно оглаживая руками весь торс. А потом, выпрямившись, она уселась ему на бёдра. Вальяжно потянувшись назад, схватила с полки блистер и дозатор.
— Чертовка,— тихо пробормотал сталкер и цыкнул. Японка на это лишь посмеялась, покачивая бёдрами из стороны в сторону.
Девушка с улыбкой начала вскрывать блистер, как вдруг, в дверь с грохотом кто-то ударил. Японка резко наклонилась и сжалась от страха, дрожа всем телом. Войла нахмурился.
Это явно было каким-то прямым триггером, но сейчас с паничкой проститутки как-то разбираться не хотелось.
— Я не слышу, вы там чаи гоняете или трахаетесь, блядь? Сука, Анзаи, за что ты получаешь деньги, блядь⁈
Возмущающийся сутенёр заставил Гуляева тихо проматериться. Он без преувеличения и сам испугался. Он положил ладонь на спину Анзаи и, погладив, осторожно приподнялся вместе с ней.
Не прошло и секунды, как сутенёр был прогнан крепким командным матом со стороны Войлы.
Гуляев опустил голову и посмотрел на Мариа.
Анзаи прошептала что-то на своём языке. Или… На фарси?
Отчётливое наречие с довольно хорошим произношением. В переводе фраза буквально значила: «Помоги мне».
Японка выпрямилась и перевела дух. Дешёвая тушь потекла, но она старалась показаться невозмутимой, словно всё было в порядке и она готова продолжать.
Войла усмехнулся. Подняв руку, стёр большим пальцем чёрное пятно под глазом. Его знания о фарси не были достаточно широкими. Перевести он мог, а вот разговаривал на этом языке… Так себе. Но в голову пришла идея.