Прижавшись к стене, он плавно перенёс вес тела на левую ногу, а правой, шагнув вперёд, прощупал половицы. Плотные. Вряд ли будут скрипеть. Хотя логичнее всего было переместиться на ковёр, двигаться вдоль стены было удобнее.
Сделав несколько последовательных осторожных шагов, Войла остановился, прислушиваясь. Сутенёр по-прежнему активно разговаривал в проёме между кладовкой и техничкой.
Бесшумно выдохнув, Войла продолжил движение, со временем остановившись рядом с дверью в техничку. Уже за следующим поворотом был сутенёр. И неизвестно, смотрел он в эту сторону или в стенку.
Гуляев прислушался.
Звук разговора глухой. Если бы сутенёр стоял хотя бы вполоборота в сторону выхода, звук бы характерным образом усиливался на выходе с коридора. Сейчас же его полностью впитывала либо стенка, либо продолжающийся коридор. Именно поэтому противный голос тёмного караванщика отражался глухим эхом от стен.
Войла осторожно высунулся из-за угла, увидев, что сутенёр действительно смотрел вперёд, где ещё метров пять продолжался коридор, ведущий к лестнице на следующий этаж. Мужчина выключил телефон.
Гуляев, мгновенно почувствовав, как сердце осело в пятки, сделал несколько коротких решительных шагов по ковру и схватил сутенёра, зажав предплечьем шею, а второй рукой натягивая спинку пиджака. Мужчина, попытавшийся потянуться за пазуху, столкнулся с тем, что руки просто не опускались. Да и к тому же, он и близко не мог увидеть лицо нападавшего.
Войла быстрыми шагами отошёл ко входу в техничку и, открыв дверь, зашёл туда вместе со своей жертвой. Свет выключен. Обстановка более чем интимная и идеальная.
Прижав мужика к стене, сталкер освободил вторую руку и выудил нож, тут же вогнав его под ребро жертвы.
Сутенёр, после того как Войла опустил спинку пиджака, смог выпрямить руки и сразу выудил пластиковый капсюль с миксом, вдыхая его. Правда, потом Войла почти сразу же решил эту проблему, заломав руки за спину сутенёра.
— Ну и чего ты добился, а?,— сказал зажатый у стены сутенёр, тихо посмеиваясь.
— Жить хочешь?,— хриплый голос Войлы был почти неузнаваем.
— Что?.. Да я уже и так, ты облажался, мужик,— сутенёр попытался вырваться, но Войла не отпускал его, как и не вынимал нож из-под ребра.
— Сейчас тебя начнёт так корёжить, и ты пожалеешь что микс вдохнул. Если согласен выслушать мои условия, я помогу тебе избежать очень скорой смерти.
Сутенёр нервно усмехнулся. Что-то там долго бормотал про то, что это чушь собачья, а потом сам почувствовал, как внутренние органы хотят выйти наружу. Схватив ртом воздух, начал тяжело дышать.
— Слушай сюда,— Войла прокрутил нож в сторону, чем заставил сутенёра сблевать содержимое желудка, пачкая рубаху,— Я забираю отсюда тех девочек, которых захочу. И через час я принесу тебе антидот, положу в почтовый ящик на входе в бордель.
Сутенёр тяжело дышит, чувствуя, как рана от микса затягивалась, а Войла из раза в раз снова её расковыривал ножом.
— Смертельные последствия наступят только завтра, и ты сдохнешь. Хочешь жить, блядь?..,— Войла скрипел зубами, процеживая сквозь них слова. Хриплый голос добавлял серьёзности, которая выводила сутенёра на полуистерику. Конечно, здесь все привыкли, что микс лечил от всего. Но, видимо, микс и структура артефактов его мира никак не вязались между собой. Что не могло не радовать Войлу.
— Сука… Забирай!.. Забирай нахуй что хочешь, блять!..,— сутенёр начал судорожно дёргаться.
Испытывал он ощущения нерадужные. Мышцы хаотично сокращаются, в глазах звёздочки, тошнота и головная боль — лишь малая часть того, что он испытывал на чисто физическом уровне.
— Хороший мальчик,— Войла вынул нож, заставив сутенёра испытать ужасное облегчение. Он упал на пол, тут же вновь содрогаясь от судорог.
Ещё минут десять организм будет испытывать такие всплески кортизола, что истерика депрессивной школьницы и рядом не стояла. Поэтому сутенёр очухается как раз через час, чтобы позеленевшим дойти до почтового ящика и вколоть себе антидот.
И всё же этого было недостаточно. Сталкер поднял мужчину за шкирятник.
— Знаешь, мы сейчас с тобой поступим иначе… Сходим вместе к терминалу, и ты удалишь всю информацию о конкретной девочке, а?..
— У меня… Терминал… С собой…— прокашливаясь пробубнел сутенёр, после набирая полную грудь воздуха.
— Доставай.
Гуляев отпустил сутенёра. Тот, упав на пол, трясущимися руками полез в карман, достал терминал. Войла тут же выхватил его у сутенёра из рук и, подняв ногу, ударил стопой в затылок, прижав трясущегося сутенёра к полу.