Путь к паркингу оказался относительно спокойным — тварей встретилось немного, что уже было удачей. Однако последний участок пришлось преодолевать пешком: водитель развозки отказался рисковать, подъезжая слишком близко. Впрочем, его осторожность была оправданной… Для Павла же, привыкшего к быстрым и тихим перемещениям, задача по подходу к паркингу не вызвала никаких трудностей. Даже тяжёлый баул с глушилками связи не помешал — он прошёл незамеченным мимо тварей под прозрачной пылью.
Недолгий осмотр привёл Хадеева к мысли, что занимать нижние, срединные и верхние этажи было безыдейно. Просто по той причине, что там мог разместиться караван. А вот на крышу вряд ли бы кто-то попёрся, и поэтому она стала идеальным местом для его засады. С её ракурса самая мощная глушилка могла эффективно работать лишь на первой половине маршрута каравана, где-то километр она не добивала до желаемого расстояния. Оставалось надеяться, что группа не свернёт с намеченного пути, чтобы всё точно прошло так, как должно быть. В противном случае связь восстановится раньше времени, и операция окажется под угрозой…
Рассвет следующего дня застал Хадеева в состоянии холодной, почти механической собранности. Последние часы перед рассветом он провёл в напряжённом молчании, сосредоточенно перебирая в уме каждый возможный сценарий, каждую переменную, которая могла бы нарушить хрупкий баланс его плана. Глушилки были расставлены с ювелирной точностью — центральная, спрятанная в вентиляционной шахте, покрывала ровно ту зону, где, согласно его расчётам, должен был остановиться караван. Остальные устройства создавали на подступах к паркингу мёртвые зоны.
Остальные же глушилки находились в разных местах здания и вокруг него. И когда Павел ставил каждую, его не покидала мысль о том, как же сильно и хорошо союз снабжал подвластные ему караваны. От самых маленьких союзов до средних, типа его союза, и до высших, которые в основном и заправляли всей деятельностью Торгового Союза.
Финансирование позволяло доставать необходимую аппаратуру, удобно и надёжно доставлять в нужное место.
Когда Хадеев закончил с расставлением глушилок, он настроил их на нужную частоту, которую узнал от своих «агентов», и только после этого решился на более подробный осмотр территории, на которой решился делать засаду всего лишь на одного человека, и всего лишь с одной целью.
Павел изучил паркинг до мельчайших деталей — каждый вход, каждый потенциальный лаз, каждую щель, через которую могла просочиться опасность. Некоторые проходы он заблокировал заранее, превратив здание в ловушку с единственным верным маршрутом, чтобы внутрь не проникла ни одна тварь. Искусственные следы пребывания даже не понадобились — паркинг и без того выглядел как временное убежище сталкеров. На каждом этаже валялись прожжённые матрасы, обугленные доски, следы костров — то ли грелись, то ли жгли провода. Любой, кто зайдёт сюда, решит, что место безопасно.
Когда в предрассветной дымке показались огни каравана, Павел замер у вентиляционного люка. Машины остановились ровно там, где предсказывали его расчёты. Сталкер, слезший с мотоцикла, озирался по сторонам. Помехи в эфире явно выводили его из себя, и клиентов, которые вызвались перевозить груз в этом караване, тоже что-то беспокоило.
Психологический расчёт сработал идеально, когда весь состав каравана разместился на подземном этаже паркинга.
Шумы, отчётливые тепловые сигнатуры и куча других факторов поселило в голове по меньшей мере связиста семечко сомнения, которое очень быстро разрослось, перекидываясь на других. Всё было прекрасно, разве что всю малину в какой-то момент чуть не испортил путник, которого быстро ликвидировали монстры снаружи. Но это стало весомым толчком к тому, чтобы объект начал исследовать территорию.
И когда сталкер достаточно смело пошёл исследовать верхние этажи, Хадеев понял, что план близился к логическому и правильному завершению. По меньшей мере, хотя бы части задания.
Стоя в полутьме, он думал о своих мотивах выполнения этого поручения. В его интересах было подстегнуть сталкера на сотрудничество. Забрать потенциально хороший караван, который достаточно немного снабдить более новой техникой, и забрать потенциально хорошего командира каравана, который может делать грязные вещи, на которые обычный человек не способен. А слишком аморальный просто не додумается, чтобы выбрать точный баланс между жестокостью и хитростью. Между выгодой личной и чужой.