«Ленечка, ты меня прости! Грех я ужасный совершила… Только, когда будешь там… ну, куда мертвые уходят, ты зла на меня не держи, ладно? Прости меня, слаба я оказалась…»
А Леонид посмотрел на нее так печально и грустно, и молвил:
«Да будет тебе, Ладушка… Живи и будь счастлива! А я… Ну что я? Я так ждал нашей встречи…»
Он еще раз грустно посмотрел на нее, повернулся и пошел. Ни слова не сказал, не поцеловал даже! Он уходил, а она смотрела ему вслед, и вдруг поняла, что это уходит ее счастье. Навсегда уходит.
«Леня! — за кричала она отчаянно. — Не оставляй меня… Леня!»
Но он не повернул головы, как будто и не слышал. А потом растворился, будто бы растаял в наползающем белесом тумане.
Антонина тогда проснулась в слезах. И тогда она впервые подумала — откуда вообще приходят сны? И что означает ее сновидение? И будто кто-то подсказал ей: Леонид ее простил. Он смотрит на нее «оттуда» и продолжает ее любить, и желает ей счастья. Странно, но неверующей Антонине такой вывод из ее сна представлялся совершенно бесспорным, не подлежащим сомнению.
Или, может быть, ей просто хотелось так думать?
А Леонид больше ей не снился. Никогда.
Она поспешила устроить свою жизнь по возможности скорее. Подходящий парень нашелся довольно быстро. Молодой, работящий, серьезный… тоже фронтовик, но с руками и ногами. Звали его Владимир. В 48-ом Антонина вышла за него замуж, а еще через год родилась у них очаровательная девочка… Галкой назвали. И все стало хорошо. Как она мечтала…
Влад вернулся в Подгорное на следующий день после визита к Антонине. На дворе у Самсонихи снова толпился народ, что не могло не вызвать у него приступ досады. Но делать было нечего: приходилось дожидаться приема, как и в первый раз. Влад безропотно занял место в длинной очереди.
Перед ним оказались две пожилые женщины, которые, сидя на поваленном бревне, вели меж собой неторопливую беседу. Влад рассеянно слушал их разговор, не вникая в смысл оного, ибо вовсе не стремился к этому. А еще потому, что до сих пор находился под давящим впечатлением исповеди Антонины Васильевны. Не так-то просто оказалось заглянуть в чужую личную трагедию…
Чтобы как-то отвлечься от тягостных мыслей, он решил поговорить со случайными соседками. И не просто поговорить, а узнать еще что-нибудь о ведунье или ведьме, как ее здесь называли.
— Простите, что спрашиваю, — обратился он к пожилой женщине, сидевшей рядом с ним, — не могли бы вы сказать — почему матушку зовут Самсонихой? Это как-то связано с ее настоящим именем или фамилией?
Обе женщины как-то странно переглянулись — мол, вот чудак, таких простых вещей не знает! Но затем соседка участливо спросила его:
— А вы, молодой человек, конечно, нездешний?
— Нет, — ответил Влад.
— А здесь первый раз?
— Второй.
Женщины снова многозначительно переглянулись, а затем соседка доверительно обратилась к нему:
— Нет, это никак не связано с ее именем: нашу матушку зовут Евгения. А почему Самсониха… Вы Библию вообще читали? Кто такой Самсон — знаете?
— Да где же я прочитаю Библию? — с некоторой досадой спросил Влад. — Она в книжных магазинах не продается! Но про Самсона немного знаю. Это был библейский герой, вроде греческого Геракла. Он голыми руками одолел льва — разорвал ему пасть! Под Ленинградом, в Петродворце есть скульптура такая — Самсон, раздирающий пасть льва. А еще я читал или слышал где-то, будто бы сила Самсона заключалась в нескольких волшебных прядях его волос. Если их обрезать, то он становился обычным человеком. Именно так его и выдали заклятым врагам… Такая вот легенда.
Обе женщины снисходительно улыбнулись: так улыбаются умудренные знанием люди, услышав неожиданно здравые суждения от ребенка. Но затем соседка сказала ему:
— Ну что ж, неплохо: многие молодые люди сейчас и этого не знают. Но тогда вам будет понятно, почему нашу матушку называют Самсонихой…
И она поведала Владу удивительную историю. Во время войны в здешних местах расплодилось много волков. Особенно лютовали они зимой, а зимы в сороковых годах стояли невероятно холодные, не то, что нынче. Обнаглевшие серые хищники захаживали и в деревни, наводя страх и ужас на жителей. Всюду свирепствовал голод, и людям приходилось отчаянно бороться с волками, отнимающими у них последнее. Это была настоящая борьба за выживание, особенно, если учесть, что все трудоспособные мужики воевали на фронте, а в деревнях оставались женщины, старики, да малые дети…