— Полечка, — мягко обратилась к ней женщина, — а что же ты в такую рань и такой холод катаешься здесь одна? Тебе не страшно?
— А я здесь не одна! — охотно пояснила Поля, — у меня мама тут есть.
— А где же твоя мама?
— Вон там, в очереди! — девочка показала в сторону гомонившей толпы. — Она за хлебом стоит.
— Бедняжка… — сочувственно заметила женщина. — И долго ей еще стоять?
— Долго, — деловито сказала Поля. — Мы уже и так два часа, наверное, стоим! Ну, и еще не меньше часа стоять будем. Вот я и катаюсь, чтобы не замерзнуть…
Девочке было приятно, что незнакомка ведет с нею совсем взрослые разговоры.
— Понятно, — вздохнула женщина и печально улыбнулась.
Поля чуть внимательнее пригляделась к ней. На плечах и волосах женщины, выбивающихся из-под платка наружу, лежал свежий иней. Она напомнила девочке прекрасную Снежную Королеву из сказки Андерсена. Поля обожала эту сказку…
В уголках темных, как зимняя ночь, глаз незнакомки Поля вдруг заметила влажный блеск… Что это? Льдинки?
— Тетенька… — спросила девочка сочувственно. — А почему вы плачете?
— Я? Это ничего, Полечка, — ответила женщина, глядя на девочку с трогательной нежностью. — Ничего, ничего… не обращай внимания.
— Но я вижу… у вас слезы! — сказала Поля. — Вам плохо?
— Нет, мне хорошо… — женщина попыталась улыбнуться. — Просто была у меня дочка… на тебя очень похожая. Она умерла в прошлом году, осенью. Вот смотрю я на тебя, вспоминаю свою дочку и плачу…
— А как ее звали? — спросила Поля.
— Галя… ее звали Галя.
Женщина достала из кармана длинную конфету, завернутую в прозрачную цветастую обертку, и протянула ее Поле.
— Вот возьми! Моя Галочка очень любила такие конфеты…
— Ой, спасибо! — Поля даже не поверила своим глазам. — Я тоже такие люблю! Но у меня их не было давным-давно! Спасибо, тетенька…
Это был сладкий, разноцветный леденец, и Поля, развернув часть обертки, принялась с аппетитом сосать его. Женщина с доброй улыбкой наблюдала за ней.
— А знаешь, Поля… — сказала она приглушенно. — От Галочки у меня осталась кукла. Очень красивая, и когда ее кладешь, она сама глаза закрывает, а когда поднимаешь, открывает! Я на нее смотрю, и всегда плачу! А ты так похожа на мою дочку… Хочешь, я тебе ее подарю?
— Ой, хочу, конечно… — ответила Поля и тут же смутилась. — Вы такая добрая…
А где она, эта кукла?
— Дома у меня! Надо сходить ко мне домой… Это недалеко: вот по этой улице дойти всего лишь до третьего дома.
Поля взглянула вдоль мрачной неосвещенной улицы с угрюмыми стенами домов. Дорога была обильно занесена снегом.
— Ой… я не могу! Вдруг мама вернется, а меня нет. Она станет волноваться!
— Не станет, — успокоила ее женщина. — Ты же сама сказала — ей еще час в очереди стоять! А мы с тобой обернемся за десять минут: туда и обратно! А там у меня еще такие конфеты есть, я тебе их тоже подарю.
— Правда?.. — Поля подняла на женщину широко открытые глаза. — Только мне страшно туда идти… Вы не могли бы сюда принести и куклу и конфеты?
— Не надо бояться, миленькая! — улыбнулась женщина. — Я ведь буду с тобой! И обратно тебя приведу… А если я пойду сама и принесу тебе куклу и конфеты, то — видишь, сколько здесь ребятишек? — она показала Поле на детей, катающихся с горки. — Они тоже голодные… Они увидят твои гостинцы и захотят и себе таких же, а у меня, Полечка, на всех леденцов не хватит… Так-то, милая!
— Ну хорошо… — согласилась Поля. — Мы ведь быстро, правда?
— Правда, Полечка… — женщина заботливо положила руку ей на плечо. — Мы с тобой быстро! А там и мама твоя придет — глядь, а у Полечки такие подарки!
Девочка радостно засмеялась.
Высокая незнакомая женщина повела ее в сторону мрачной, занесенной пологими сугробами улицы. Поля восторженно улыбалась, и ей было хорошо.
Примерно через полчаса Мария выбралась наконец из сумасшедшей толчеи, судорожно прижимая к груди только что купленный небольшой каравайчик свежего хлеба. Господи, повезло-то как! Теперь надо порадовать голодную дочку…
Она поспешила к горке, где все также катались по ледяной дорожке дети, и еще на ходу пыталась высмотреть среди них свою Полю, но… дочки она не увидела. Мария с замирающим сердцем подошла к подножию горки и растерянно огляделась.
— Поля! — громко позвала она.
Ответа не последовало. Вокруг суетились другие ребятишки, но ее дочки среди них не было.