— Нет… нет! — воскликнула Антонина. — Ничего я об этом не знаю. Только зачем ты рассказываешь мне такие ужасы?
Она отбросила от себя фотографию, словно та вдруг внезапно обожгла ей руки.
— Зачем? — переспросил Влад. — Постараюсь объяснить. Голова, которую держит эта женщина, принадлежала одному лейтенанту Красной Армии, случайно попавшему к ней в дом и обнаружившему следы ее злодеяний… Августа убила его вот этим самым ножом, труп разделала и тоже пустила на пироги и котлеты. А потом некий фотограф, живший с нею по соседству и бывший ее сообщником, сделал вот этот снимок…
— Господи, Владик, но с чего ты взял, что я могу ее знать? — с нотками истерики в голосе воскликнула Антонина. — В жизни ее никогда не видела! И слава Богу… Фотограф сделал этот страшный снимок, так почему бы тебе не спросить фотографа? Уж он точно ее знает…
— Антонина Васильевна, — Влад посмотрел на нее с укоризной. — Вы думаете, что говорите? Фотограф этот умер лет десять назад, а фотоателье этого давно не существует. Это я разыскал его записки и некоторые фотографии…
— Ну и зачем ты их искал? Какое отношение имеет эта жуткая баба-убийца к…
— А вот какое! — перебил Антонину Влад. — Самсониха, ваша местная ведунья, которой вы все верите безоговорочно, велела найти эти бумаги и фотографии…
А самое главное, она сказала мне, что вот эта женщина имеет власть над Галей, понимаете? При этом сама же Самсониха заявила, что Августа умерла в 50-ые годы и похоронена на вашем городском кладбище. Но если это так, то Августа должна была встретиться с вашей дочкой, когда Галя была почти что младенцем. Так?
Ведь Галя родилась в 49-ом? И если такая встреча была, то она не могла произойти без вас — разве не правда? И вы такой встречи не помните?
— Да не было никакой встречи, никогда в жизни я этой бабы не видела! — решительно заявила Антонина. — И упаси Бог с такой ведьмой свидеться!
— Тогда выходит, что это ваша дочь с нею знакома? — спросил Влад. — Ну, если верить Самсонихе, конечно.
- Об этом, наверное, саму Галочку надо спросить, — неуверенно сказала Антонина.
— А вот я не знаю, надо ли, — заметил Влад. — Если они знакомы были, то что именно их связывает? И не в этой ли взаимосвязи кроется причина Галиного странного и зловещего душевного состояния?
Антонина задумалась. Затем сказала мрачно:
— Я точно никакой Августы никогда не знала… тем более, убийцы и людоедки! А Галочка мне о таком знакомстве никогда не рассказывала…
Влад с горечью подумал о том, что Галка с самого своего детства много чего своей матери не рассказывала. Чему же тут удивляться…
— Но если даже эта Августа и видела Галочку, та была совсем ребенком! — заметила Антонина. — Разве могла она как-то на нее повлиять, если сама умерла в 50-ых годах?
— Дело в том, — отозвался задумчиво Влад, — что я пытался разыскать на городском кладбище могилу этой женщины… и не нашел. Похоже на то, что ее там нет. А это может означать, что Августа — убийца и людоедка — благополучно жива по сей день. Вы это понимаете?
Антонина даже отшатнулась от него.
— Да ты что? Но ведь Самсониха сказала, что она умерла… в 50-ых годах?
— Да, сказала, — пожал плечами Влад. — Стало быть, ошиблась ваша ведунья-вещунья Самсониха. Вот и подумайте сами: в сорок втором году Августе было лет тридцать. Выходит, сейчас ей примерно шестьдесят… Возраст, конечно, немолодой, но — вполне дееспособный. И если Галю действительно что-то с ней связывает, то… трудно даже представить, что это может быть, и каковы будут последствия такой связи. Ведь Галя давно уже не ребенок, а взрослая женщина.
Очень возможно, что вот эти, скажем так, атрибуты в руках Августы — мертвая человеческая голова, большой нож, которым она наносит порезы на лицо своей жертвы, — имеют некое ритуальное значение. И сама фотография, вероятно, сделана неспроста. То есть не «на память», а с какой-то вполне определенной целью, смысл которой нам неизвестен…
Антонина обеими руками обхватила себя за плечи, будто ей резко сделалось холодно.
- Ты думаешь… эта баба ведьма, и она заколдовала мою девочку? — спросила она с опаской.