— Ушла-таки, ведьма проклятая, — озлобленно пробормотал он себе под нос. — Но ничего: мы теперь знаем, где ты есть. Далеко не уйдешь… Пошли, Панкратов!
— Куда?.. — слегка растерянно спросил тот.
— К начальнику пристани!
Шатохин решительно зашагал в сторону одноэтажного приземистого здания, что тянулось вдоль дороги, пролегающей между участком хозяйственных построек и речным берегом. Панкратов еле поспевал за ним.
Они вошли в ближайшую дверь и, пройдя несколько шагов по коридору, остановились перед кабинетом с табличкой: «Начальник пристани». Шатохин без стука распахнул дверь и вошел в помещение. Посреди кабинета стоял стол, за которым сидел седой мужик лет шестидесяти с ясными голубыми глазами, одетый в черную кожаную куртку. Перед ним были разложены какие-то бумаги, чуть поодаль находился телефонный аппарат. Тут же лежала белая фуражка с кокардой в виде якоря.
— Здорово, Михаил Денисыч! — с порога крикнул Шатохин.
Начальник пристани взглянул на вошедших с непоколебимым спокойствием, как будто милиционеры врывались к нему в кабинет по нескольку раз на дню.
— Здравы будьте, хлопцы! — отозвался он приветливо. — Чем обязан?
— Дело срочное, — ответил Шатохин. — У тебя есть связь с Серебряными Ключами?
— С утра была, — сказал начальник, бросив взгляд на телефонный аппарат. — А в чем дело-то?
— Сейчас отчалил паром, на котором уплыла опаснейшая преступница, — сказал Шатохин, кладя перед ним фотографию. — Ее надо задержать во что бы то ни стало.
Михаил Денисович взглянул на фотоснимок. Его седые брови удивленно дернулись вверх.
— Преступница? — сказал он. — Такая роскошная женщина, и — преступница? Политическая, что ли?
— Нет, Денисыч, ничего политического, — криво улыбнулся Шатохин.
— Неужто воровка? Но с такой внешностью воров не бывает: вор должен быть неприметным и незапоминающимся, а эта… я и не знал, что у нас в городе встречаются такие красавицы! И что же она натворила?
— Убийца… людоедка, — просто ответил милиционер. — Этого достаточно?
Начальник пристани поднял на него хмуро-недоверчивый взгляд.
— Ничего себе… — пробурчал он в свои седые усы. — Это ж надо же… Ну и ну!
Он взял трубку, приложил ее к уху, сосредоточенно набрал номер. Подождал с угрюмым видом, пока ему кто-то ответил.
— Петр Сергеич! Здравствуй, дорогой, это Сизов… Да… У нас тут че-пэ. Помощь твоя нужна! Примерно через полчаса к тебе подойдет рейсовый паром… набит до отказа! Давно столько народу не плавало… Так вот: там на борту — опасная преступница! Трубку передаю нашему милиционеру, он все лучше объяснит…
Начальник протянул трубку Шатохину, заметив вполголоса:
— Начальник пристани в Серебряных Ключах…
Шатохин приложил трубку к уху.
— Капитан Шатохин… да… Послушайте меня внимательно. К вам направляется паром, на борту которого находится опасная преступница… ее необходимо срочно задержать и доставить в Краснооктябрьск. Значит, вы ее задержите, а мы за нею приедем позже! Да… убийца и людоедка… Да, вы правильно поняли — людоедка! Ее приметы…
Пока Шатохин вел телефонные переговоры, Панкратов сосредоточенно смотрел в окно. Из кабинета хорошо просматривалась площадка перед пристанью, край причала и болтающийся по площадке народ. Некоторые расположились даже спать под теплым весенним солнышком.
— …может быть вооружена! — продолжал передавать по телефону Шатохин. — Сотрудникам оперотдела напомните, чтобы соблюдали крайнюю осторожность — она способна на самые решительные действия и отлично понимает, что терять ей нечего. Всё, конец связи…
Шатохин положил трубку.
- Сейчас тамошний начальник пристани вызовет местный наряд, — доложил хмуро капитан. — Времени для сбора им хватит. Дождутся парома, задержат высадку… Так что, когда наша красавица доберется до Серебряных Ключей, ее там будут встречать! С распростертыми объятиями… Спасибо тебе, Михаил Денисович! А я уж грешным делом подумал, что все — упустили… Ан, не тут-то было! Не уйдет…
— Всегда пожалуйста, ребята, — отозвался Сизов. — Как не помочь в таком деле! Время нынче суровое — без взаимопомощи никак и никуда…
— Там, на улице, что-то случилось, — вдруг заметил Панкратов встревоженно, напряженно глядя в окно. — Шум какой-то нехороший поднялся, народ по пристани чего-то забегал… Не пойму, в чем дело?
— Что там еще стряслось? — Сизов привстал из-за стола. — Побудьте-ка здесь, хлопцы, а я выйду посмотрю…
Он надел фуражку и вышел в дверь. Милиционеры остались в кабинете, стоя у окна и встревоженно глядя через стекло на улицу.