— Вот это другой разговор! — обрадовался Женя. — Мы с Валеркой как раз тут на ужин прикупили кой-чего: и колбасы, и сыру, и рыбных консервов! Вот… кильки в томате… сайры две банки… Сейчас макароны сварим, макароны хорошие, яичные… — Евгений извлек из сумки ярко-красную пачку. — И будет у нас добрый ужин! Валер, будь добр, сходи на кухню, воду в кастрюле на газ поставь! А я буду макароны варить, когда вода закипит…
- Эка вы потратились-то! — воскликнул Влад, чувствуя, как во рту скапливается слюна при виде таких яств.
— Да ерунда! — буркнул Женя. — Мы ведь знали, что у нас теперь дома больной…
— Ребята, спасибо! я вот встану на ноги, деньги отдам! Стипендия скоро…
— Да перестань! От болезни никто не застрахован, так что ж теперь…
Хорошо поужинав — с аппетитом, что называется, от души — Влад захотел спать и заснул быстро. Спал как убитый, без просыпу и сновидений. Утром Влад ощущал телесную слабость, однако не настолько, чтобы проводить новый день в постели. Вместе с товарищами он поехал в институт.
В течение дня Влад «разгулялся» и чувствовал себя вполне прилично.
В перерывах между лекциями он внезапно встретил на одной из лестниц Галю, которая шла ему навстречу, как всегда в сопровождении Светы. Галя спускалась по ступеням, а он поднимался, но так как старинная лестница была весьма крута, ему пришлось смотреть на приближавшуюся девушку не просто снизу вверх, но и еще задравши голову… При этом Влад испытал наряду с привычным уже восхищением какой-то странный и томительный восторг…
— Здравствуй… Галя! — дрогнувшим голосом сказал он.
— Привет! — Галина как всегда была не только неотразима, но и весьма приветлива.
Они разошлись на лестнице, и он испытал досаду от того, что встреча их была столь мимолетной. И вдруг Галя, спустившись на площадку, чуть отстранилась к стене, сделав ему знак — приблизиться. Не веря своему счастью, Влад мгновенно вернулся на несколько шагов назад и очутился прямо перед ней. Краем глаза он заметил, как неодобрительно наблюдала за ним Света — будто он был виноват в том, что попался им на лестнице. У-у, бука несчастная… Ну и черт с ней!
— Ты что-то неважно выглядишь, — произнесла Галя с заботливой улыбкой.
— Да? — настороженно ответил Влад. Ему совсем не хотелось, чтобы обожаемая им девушка заметила его недомогание. — А что такое?
— Да так… ты чересчур бледен.
— Да вот… вчера приболел немного.
— А сегодня как? — поинтересовалась Галя. Ее серо-голубые глаза оказались неожиданно близко к нему, и Влад невольно заглянул в их бездонную глубину… ему показалось, что его затягивает в эти глаза как в омут.
— Сегодня… нормально, — пролепетал он.
— Ну смотри, — Галя вновь улыбнулась. — О здоровье забывать нельзя! А если что — обращайся… У меня есть разные лекарства… — она скользнула взглядом по его шее, серо-голубые глаза задержались на пластыре, но она ничего не сказала, только вновь пристально взглянула на него. Неожиданно Влад ощутил чуть заметное головокружение. Но в этот миг Галина улыбка сделалась лучезарной, а глаза заискрились, как солнышки. И Влад совершенно ясно понял, что разговор закончен, и он может быть свободен.
— Спасибо, Галя… — прошептал он будто в полусне.
Некоторое время Влад еще оставался на площадке, провожая глазами высокую Галину фигуру, продолжавшую спуск по крутой лестнице; за нею неизменно следовала Света… Они на ходу переговаривались, и Влад не сомневался, что Галя уже забыла об их встрече. Последняя фраза Гали о лекарствах прозвучала для ушей Влада как-то двусмысленно, однако он не стал фиксировать внимание на этом, а с радостью подумал о том, что она поинтересовалась его состоянием! Значит, он Ей все- таки небезразличен, и от этого открытия ему делалось удивительно хорошо на душе…
И только немного позже, когда эйфория от мимолетной встречи и краткого разговора уже улетучилась, он вдруг вспомнил, что его вчерашнему приступу невероятной слабости предшествовало некое странное состояние, в котором он вроде бы куда-то шел по коридору…
Влад смутно помнил, как он переставлял слегка одеревеневшие ноги, будто повинуясь посторонней силе; он также помнил, как искал на коридорных дверях номер комнаты… Ее комнаты! но вот что произошло дальше, Влад сказать не мог. Дальше следовал черный провал в памяти, какие-то смутные образы, невероятная смесь эмоций — от восторженного состояния до настоящего страха… Как ни пытался он восстановить в памяти ход событий или хотя бы вспомнить — что же произошло после того, как он дошел до Галиной комнаты — все оставалось покрыто как туманом. Он мог сказать лишь одно — состояние, пережитое им в ту ночь, было непосредственно связано с Галей…