Вскоре после того, как нам удалось выяснить, кто такие Дрик, Фриман и Аббу, мы позвонили Плантару. В разговоре с ним мы почти случайно упомянули о связях всех этих людей с Фёрст Нэшнл Банк Чикаго. «Vraiment?» («Неужели»?) — лаконично отозвался Плантар с некой иронией в голосе, как будто он хотел похвалить нас за нашу дотошность. Мы как ни в чем не бывало продолжали, заметив, что нам удалось переговорить со всеми тремя персонами. И тут Плантар внезапно занервничал. Тогда на кон были поставлены весьма важные вопросы, заявил он. Не были бы мы так любезны впредь не вступать ни в какие контакты с такими людьми, не переговорив предварительно с ним, спросил он. Мы с готовностью согласились, но тут же засыпали его новым вопросами. Плантар тотчас попросил нас не задавать ему такие вопросы по телефону. Суть дела можно обсудить во всех деталях, но «с глазу на глаз». Не мог бы он дать хоть некоторые пояснения, спросили мы. «С глазу на глаз», — холодно повторил Плантар.
Мы сочли себя связанными честным словом, данным План-тару, и отказались от попыток установить прямые контакты с Дриком, Фриманом и Аббу. Однако мы установили контакт с нашими друзьями в Штатах и запросили у них возможно более подробную информацию об этих трех фигурантах, а также о компаниях, коммерческих структурах и организациях, с которыми они были связаны. Через несколько дней нам позвонили из Нью-Йорка. Человек, позвонивший нам, сказал, что он не совсем уверен, но, насколько ему помнится, года два назад ему встречалось сообщение о смерти Джона Дрика. Но каким же образом подпись этого человека могла появиться под документом, датированным 17 января 1984 г., если, конечно, не допустить, что члены Приората Сиона и впрямь обладают сверхъестественными способностями?
Если Джон Дрик мертв, следовательно, подписи под «Предупреждением» — фальшивки. А поскольку Плантар тоже подписался под «Предупреждением» и прислал экземпляр его нам, мы просто не могли не заподозрить его причастность к этому делу. Но судя по тому, что мы знали о нем как о человеке, это представлялось крайне маловероятным. Подделать подпись умершего человека на заведомо фальшивом документе и начать распространять его — это не только поразительное безрассудство. Это еще и крайне опасно, ибо человек, решившийся на это, рискует стать объектом судебного разбирательства. И хотя нам ранее не доводилось слышать его имя, Джон Дрик, как оказывается, был достаточно заметной фигурой в финансовом мире. Ни его личность, ни факт его смерти вовсе не были секретом, и те, кому были разосланы экземпляры «Предупреждения», знали его подпись.
Если же все эти подписи были подложными, почему в качестве их авторов был выбраны именно эти люди? Притом это не было ни случайностью, ни прихотью момента. Имя Гэйлорда Фримана упоминалось в «отредактированном» тексте статьи Джании Макджиллврэй, опубликованной несколько лет назад. Итак, целый ряд фактов указывал, что нам следует сосредоточить внимание на Фёрст Нэшнл Банк Чикаго. Наше расследование носило достаточно необычный характер: мы спрашивали, действительно ли Джон Дрик умер, и переходили из одного офиса в другой. Наконец, нам удалось связаться с одним из банковских служащих, который поинтересовался, зачем нам это нужно. Мы рассказали, что слышали, будто Джон Дрик умер два года назад, но неожиданно получили документ за его подписью, датированный 17 января 1984 г. Банковский служащий тоже не сообщил нам ничего конкретного. Действительно, заметил он, ему тоже года два назад доводилось слышать что-то там такое о смерти мистера Дрика, но он не уверен и не готов решительно подтвердить это. Он мог бы чуть позже в тот же день переговорить на сей предмет с человеком, знающим суть вопроса. И если мы не прочь оставить свой телефон, он мог бы попросить этого человека перезвонить нам.
В тот же вечер нам позвонили из-за океана, точнее, из Америки. Звонивший (которого по его просьбе мы будем в дальнейшем называть Сэмюэль Кемп) представился и сообщил, что он один из высокопоставленных служащих банка. Он заявил, что отвечает за безопасность банка и поддерживает тесные связи с Интерполом.
Мы изложили ему ситуацию, и это, естественно, вызвало у Кемпа явный интерес. Затем последовал невероятно долгий телефонный разговор, в ходе которого мы попытались — насколько это возможно в сложившейся ситуации — объяснить мотивы наших действий. Кемп оказался открытым, умным и честным человеком, который был заинтригован нашим рассказом и выразил готовность помочь нам всем, чем только сможет. Однако он подтвердил, что Джон Дрик действительно умер два года назад, и назвал точную дату — 16 февраля 1982 г. В ходе первого разговора с Кемпом выяснилось одно интереснейшее обстоятельство. Оказывается, вплоть до 1983 г. лондонский офис Фёрст Нэшнл Банк Чикаго находился в одном здании с «Гардиан Ройял Иксчейндж Эшуранс»!