Де Голль был вынужден предвидеть ответную реакцию и месть со стороны комитетов. И такая месть не заставила себя долго ждать. Она приняла облик знаменитых отрядов ОАС (Секретной армейской организации), которые решили отомстить генералу, покарав его за измену. ОАС, состоявшая из закаленных боевых офицеров, ветеранов алжирского конфликта и бывших французских поселенцев, изгнанных из Алжира, в последующие несколько лет организовала ряд покушений на президента Франции. Даже сегодня имя де Голля вызывает у бывших боевиков ОАС гнев и ненависть.
Тем не менее, как это ни странно, алжирский комитет общественного спасения не представлял сколько-нибудь серьезной угрозы новому режиму, установленному де Голлем во Франции. Другое дело — французские комитеты. Они, опираясь на широкие круги оппозиции, действительно могли представлять куда более серьезную опасность. Поэтому с членством в французских комитетах необходимо было покончить, направив их энергию в другое русло и убедить их признать политику нового президента в отношении Алжира. Это требовало немалых пропагандистских усилий в средствах массовой информации. И поскольку все необходимое для этого имелось, дирижировать этими акциями было поручено Пьеру Плантару.
Когда мы впервые встретились с ним в 1979 г., Плантар поведал нам, что Шарль де Голль лично попросил его возглавить комитеты общественного спасения, а когда задача по возведению генерала на пост президента была выполнена, Плантару было поручено распустить эти комитеты. В памфлете, хранящемся с 1964 г. в Национальной библиотеке, Анн Ли Хислер (первая жена Плантара) писала:
«По распоряжению маршала Альфонса Жюэна резиденция генерального секретаря комитета общественного спасения в столице Франции находилась в Ольнейсу-Буа [пригород Парижа]. Комитет возглавляли Мишель Дебре, Пьер Плантар, известный как Путь, и Андре Мальро».
Мадам Хислер также цитирует письмо, направленное де Голлем Плантару 3 августа 1958 г., примерно два месяца спустя после сформирования нового правительства:
«Дорогой Плантар!
В моем письме от 29 июля 1958 г. я уже писал вам, сколь высоко я ценю участие комитета общественного спасения в осуществляемой мною деятельности по обновлению [страны]. И вот теперь, когда созданы новые учреждения, которые помогут нашей стране восстановить ее законный статус, я полагаю, что члены комитетов общественного спасения могут считать себя свободными от всех ранее принятых обязательств и провести демобилизацию».
Памфлет Анн Ли Хислер не имел широкого распространения. Действительно, вполне возможно, что экземпляр, хранящийся в Национальной библиотеке, — это единственный уцелевший экземпляр. Обе вышеприведенные цитаты — из рассказа мадам Хислер о роли Плантара в комитете общественного спасения и письма, написанного, как считается, генералом де Голлем — впоследствии были воспроизведены в книге Луи Вазара, которая вышла из печати семь лет тому назад. Насколько нам известно, никто с тех пор не усомнился в подлинности и достоверности ни той, ни другой цитаты.(2)
И все же мы испытывали неудовлетворенность. Мы стремились получить новые факты и информацию по этой теме. Мы просмотрели все опубликованные издания писем де Голля, его дневников и записных книжек. Нас не удивило, что мы не нашли там ни имени Плантар, ни псевдонима Путь, ни писем к нему от 29 июля и 3 августа. Точно так же Институт Шарля де Голля, являющийся хранителем всех архивных материалов, касающихся де Голля, не располагал никакой информацией о контактах между генералом и человеком по имени Плантар или Путь. Когда мы обратились за консультацией к историкам этого института, они были настроены весьма скептически. Они считали маловероятным, чтобы человек, занимавший видное положение и получивший два письма от де Голля за четыре дня, не оставил никаких следов в официальных документах. Директор архивного отдела института заявил, что он в свое время вел всю переписку де Голля и, насколько ему известно, в ней не встречались имена Плантар и Путь.
Мы начали было сомневаться в надежности сообщения мадам Хислер, как вдруг получили из института письмо. В нем директор сообщал, что никаких следов указанных нами писем от 29 июля и 3 августа 1958 г. он не нашел, но зато ему удалось отыскать ссылки на имена Плантар и Путь. К его удивлению, эти имена фигурировали не в его собственном архиве, а в старых экземплярах «Ле Монд», справедливо считающейся наиболее правдивой и достоверной из французских газет.