— Не передавливай, — поморщилась она.
— Что не сделаешь ради такого элегантного и сексуального вампира, — я привлек ее к себе и поцеловал в ушко.
Она с трудом отстранилась от меня.
— Ну вот что ты сейчас делаешь, подлец! — простонала она. — На что ты меня подбиваешь, когда в соседней комнате совещание!
— К черту совещание! Ладно, подожду до вечера.
— Я тебе устрою…
— Все вы так обещаете, — ухмыльнулся я.
— Все? Кто еще? Ах ты…
Я выскочил из двери и поспешил обратно к своим совещающимся. Там меня убивать не будут, не на людях.
Народ уже собирался расходиться, так что я успел вовремя.
— Делаю объявление — с завтрашнего дня меня не будет в Устьевске, так что все дела решите без меня. Своих заместителей я назначу, можете не волноваться, — я покосился на проскользнувшую в комнату Линду.
Нет, вроде не горит огнем мщения, дым не идет.
— Можем спросить, куда? — задал вопрос Лопарь.
Ладно, отвечу ему. Все равно те, кто в этой комнате, входят в список доверенных лиц.
— В Санкт-Петербург и попрошу эту информацию держать в тайне, господа и дамы. Господа Берсеньев и Лопарев свободны. Остальных прошу остаться.
Дождавшись, пока наши адъютанты вышли из комнаты, я обратился к оставшимся.
— А теперь давайте обсудим, как мне проще попасть и где остановиться в Санкт-Петербурге.
— Все-таки решил отомстить? — спросил Эрик. — Не рано?
— Обстоятельства изменились, друг мой, — скривился я. — Но ладно об этом. А вот проезд и проживание в столице меня сейчас волнует больше. Дело в том, как вы понимаете, что я в столице нон грата, и, соответственно, на своих собратьев по несчастью рассчитывать не могу. Так что придется мне полагаться на вашу помощь. Эрик?
— Есть варианты, — кивнул он. — Предлагаю вот что…
Глава 9
Дирижабль «Князь Волконский», где-то над Империей
Винты резво молотили лопастями воздух, и через их полупрозрачные круги было видно раскинувшееся лоскутное одеяло земли позади. Мы летели на дирижабле «Князь Волконский» в Петербург.
Собственно говоря, выбор транспорта в эту эпоху монстров был невелик, а вот желающих им воспользоваться — огромен. Хотя и не в таких масштабах, как до этого. Теперь на пикник за город не выберешься — рискуешь сам стать главным блюдом. Люди сидели в городах-крепостях, ну или почти таких.
А к услугам остальных было три вида, как, собственно, и стихий. Но были нюансы.
Первый и наиболее массовый — автомобильный, который в связи с закрытием железнодорожного дальнего следования стал основным. Из-за постоянных катаклизмов и черте-что творившегося с миром железка стала не то, что нерентабельна, а и вообще невозможна.
Вот и пришлось по примеру САСШ, где это очень развито, возить грузы и людей по не особо безопасным местам в составе вооруженных конвоев. Курсировали в том числе и междугородние автобусы, цены на которые были просто конские. Ну если пассажир настолько отчаянный, насколько богатый — пусть попытает счастья. Скорее всего доедет с гарантией под конвоем брони, утыканной малокалиберными пушками и, наоборот, крупнокалиберными пулеметами.
Когда я выбирал маршрут своего путешествия, я почесал репу и по здравому размышлению от этого пути отказался. По банальной причине — не люблю долго ехать в машине, где-то после полтыщи верст меня можно вынимать из салона нежно-зеленого цвета. А до Питера в четыре раза больше.
Был еще один путь с большим оборотом и приносящий огромную прибыль — речной. Почему на него и наложил лапу Эрик.
По реке плыло все, что было слишком крупным для перевозке по земле. Монстры воду не особо любили, и редко в ней заводились. Однако на каждой барже было по пулемету, а то и по несколько. А на некоторых судах стояли аж списанные бомбометы для глубинных бомб. Избыточно, но с гарантией. Можно и по берегу пострелять в случае необходимости.
Так что можно было спокойно сесть на баржу — тем более, по блату — спокойно проплыть, но… Во-первых, до Санкт-Петербурга плыть минимум две недели. Целых две недели полного и абсолютного безделья. Две недели! Роскошь, которую я не мог себе позволить. Это господа купцы по монаршьему разрешению могли себе позволить запой по «болезни души» два раза в год, чем успешно и занимались в таких вот алкотурах от каспийского моря до белого. Я — нет.
Так что, скрепя сердце, я выбрал самый рискованный, но самый быстрый вариант транспортирования наших с Лами бесценных тушек. Точнее, моей — она-то могла по нижним тропам оказаться в том же Питербурхе за день, преодолев сумасшедшее расстояние почти в две тысячи верст. Но вот только не я. Амулет-слеза, который у меня был, давал не слишком большую зону перемещения, разряжаясь в том мире на глазах. Так что мне, как и любому живому или условно живому этот способ не подходил.