Я осторожно расправил крылышки маленькой игрушке… Ага, дрон это. Вот только самый миниатюрный в мире. Игрушка дорогая, но иногда необходимая. Как сейчас.
Я взял планшет, дал команду дрону, тот сорвался с ладони и умчался к тому складу. Вот теперь смотрим, что там такого. Ведьмы наверняка не ждут технологическое чудо размером меньше воробья.
Вроде ничего и никого снаружи. Ничто не предвещает. Если бы я не владел Волхвьим взором, то так бы и лез в ловушку, вслепую.
Я подлетел к одному из разбитых окон, мысленно скрестил пальцы и направил туда дрон. Теперь посмотрим на остроту ведьминского слуха.
Ага, вот и их машины, на которых они прибыли. Внутрь загнали, кошелки. А вот и ковен, точнее его часть. Шесть ведьм, не из высших, явно. Среднее звено. А где же Лами?
Я осторожно посадил аппарат на какую-то балясину, торчащую из стены на втором этаже, и начал всматриваться в обе камеры дрона.
— Что-то он запаздывает, — сказала одна из теток, больше похожая на торговку с рынка, с пальцами в рыжье.
— Сейчас позвоню, — сказала другая, в строгом костюме, больше похожая на бизнес-леди.
И она начала тапать по смартфону. Один номер, второй номер…
— Не отвечают. Ни Лина, ни Ульрих.
Вот как… А я даже именами их не поинтересовался. Правду говорят — секс еще не повод для знакомства. Более интимный процесс в виде смерти — тоже. С едой знакомиться…
— Думаешь, Константинов что-то выкинул? — спросила третья.
— Я больше чем уверена в этом, — хмыкнула тетка со смартфоном. — Хорошо, что у нас есть подстраховка.
Она щелкнула пальцами, и из одной из машин вытащили Лами. Что они с ней сделали? Вся в шрамах и рубцах, лицо изуродовано, перемотана всякими цепями и путами… Как?
Вот только все цепи и путы, которые Лами обычно были вместо ниточек, перевиты черно-красными заклятьями Нижней магии. Смотри-ка, тетки, оказывается, и такое практикуют, а строят из себя белых и пушистых… Это даже не Черная магия, а магия самого ада. Неужели у них и нечистый в партнерах ходит?
— Если в ближайшие десять минут он не объявится с тем, что нам нужно, мы начнем ее медленно резать по кусочку ножом Папы и снимать на видео. В воспитательных целях.
Лами пинком впихнули обратно в машину.
— А если объявится? — спросила ведьмочка в очочках самого что ни на есть ботанистого вида.
Такой вид, как правило, имеют маньяки-садисты и серийные убийцы. И очочки у них в той же тонкой металлической оправе «Мечта маньяка».
— А если объявится — начнем с него, а ее потом, — пояснила деловая. — Нет, Аглая, в живых мы никого не оставим.
— Можно я прикончу графа? — девочка аж задрожала от возбуждения и предвкушения.
Сейчас взмокнет. Нет, я точно в ней не ошибся!
— Посмотрим, — смерила ее взглядом старшая.
Ну что, похоже, пора! Я подогнал машину ко входу в склад. Вытащил зомби-тетку из багажника, напинал ее заклинанииями, дал в руки кейс и направил прямиком в дверь. А сам спрятался за машиной и засунул в уши беруши.
Тетка пошатывающейся походкой вошла в дверь.
— Герда! — раздались крики, и к тетке подбежали товарки.
— Это не… — сказала та, что в костюме. — Это…
И тут я нажал иконку на экране.
Мля… Похоже, я переборщил. Рвануло так, что вечные спутницы помоек и промзон вороны взлетели на реактивной тяге, дрища чем было. Хорошо, что хоть за машиной спрятался, светошумовые гранаты в большом количестве — не шутки. Особенно, если набить ими кейс и симпатичный жилетик для тетки по материалам журнала «Джихадист-конструктор», спрашивайте во всех аулах.
Короче, когда все это рвануло, тетки получили убойный заряд по глазам и ушам. Ну а что, я несу свет тем, кто в нем нуждается. И как-то светошумовые с легкостью преодолевают заклинания типа Каменной кожи и прочие от всякой динамики.
Сейчас все это колдовское стадо слепо ползало на четвереньках и мычало, пуская слюни от контузии. Гы. Меня казнить собирались? А вот хрен вам! Я, ухмыльнувшись, огладил подбородок и принялся за дело. Численность ведьм надо было уменьшить ровно на шесть, кворум есть. Как раз на шведский стол.
Через пару минут я освободился и вытащил из машины Лами.
— Ты жива? — спросил я замученную до полусмерти свою подругу, срывая с нее путы и цепи.
— Как видишь, — закашлялась она кровью.
— Ну-ка, держи…- я приготовился порвать запястье.
— Ты же знаешь, что меня это не спасает, — сказала она. — Лучше от пут быстрее освободи, я восстановлюсь.