— Значит, Канаверов наплел ей с три короба, а может и не наплел, но они с ней вроде как деловые партнеры.
— Что, увы, ставит нас в неловкое положение. Я по поводу этой самой лаборатории.
— Придется ее не трогать, — вздохнул я. — И не только потому, что тут интересы правящей семьи, а еще и слишком много людей. Взорвать лабораторию вместе с учеными, пусть они и работают на моего врага, я не готов.
— Вот только они этого не знают и это можно использовать для шантажа.
— Оставим на будущее, — сказал я. — Что там еще?
— Долговая расписка на пятьсот тысяч рублей золотом от той же самой императрицы. Тоже без электронной подписи, бумажный скан. Нахрена ей столько, ума не приложу. Вроде как не бедная тетка…
Я присвистнул. Полмиллиона рублей, да еще и золотом — нихрена себе сумма.
— Даже представить не могу. Но это много, очень много!
— Тут может быть замешана и императорская семья. Кто-то кому-то проигрался, кто-то кого-то обрюхатил на стороне или еще похлеще, — ухмыльнулась Лами. — Короче то, что никак иначе не пропустишь через бюджет без скандала.
— Жаль, самих денег нет, они бы пригодились, — вздохнул я. — Что еще?
— Еще? Очень интересная бумага, — хмыкнула она и открыла файл. — Тебе не понравится.
— Да похоже и тебе, — бегло пробежал я начало.
— Вот ведь сука! — с чувством сказала она.
Ага, точно. Проект указа об объявлении врагом государства и Императора. И меня, и Лами.
— Пока не подписан, — успокоила меня она. — Видимо, творчество Канаверова, переданное, точнее, не переданное ведьмам.
— А у него губа не дура — конфискация, полное поражение в правах и так далее вплоть до государственной измены.
— Ты думаешь, это бы прокатило? — хмыкнула Лами.
— Скорее всего да. Если бы Император дал этому ход. Теперь любое наше неосторожное действие пойдут на пользу только Канаверову, подкрепляя эту писульку фактами.
— И что теперь, застрелиться и не жить, что ли? — сварливо сказала Лами. — Ходить по струночке, ожидая, когда в дверь мусора постучатся? Или охотники?
— Нет, конечно, — усмехнулся я. — Если тебя в чем-то огульно обвиняют, надо оправдать свою дурную славу.
— Ага, — сказала она. — Точно. Лучше быть, чем слыть. Поехали мстить ведьмам!
— Давай пока сначала здесь приберемся.
— Ладно, уболтал.
И мы принялись за уборку.
Намеченный нами объект для мести был опять же живописно расположен за городом. И выбран он был не случайно.
— Сколько ты хочешь замочить ведьм? — спросил я.
— Всех! — злобно сказала Лами. — В идеале, конечно.
Ну понятно, мог бы и не спрашивать. Исконные враги, даже не как кошка с собакой — те иногда не разлей вода — а, скорее, как бактерия с бактериофагом. Злобная лямблия и мелкий гаденыш на страже иммунитета.
— Перефразирую. Сколько нужно замочить ведьм, чтобы не вызвать глобальную войну и чтобы уже не император давал указ о… ну, ты поняла.
— Тогда уже вопрос «сколько и каких». Не думаю, что ты предложишь пансион для одаренных детей, где кошелки уродуют будущих ведьм.
— Нет, — покачал головой я. — Дети — это святое, чьи бы они не были. Их мы трогать не будем ни за что и никогда.
— Ладно. Тогда не знаю. Десяток устроит для начала. Только чтобы они знали, за что — я же не беспредельщица, понятия тоже имею, — она полюбовалась своими длинными красными ногтями.
— Тогда как мы и планировали. — сказал я. — Вот этот особняк, по документам это клиника организации «Астрал без границ», а на самом деле — их околоток, дежурка. Боевые ведьмы, дежурные маги и прочая погребень.
— Не слишком круто? — присвистнула Лами. — Стадо боевых ведьм против.
— Альфы-один и принцессы ада, — сказал я. — Может быть. Но, с другой стороны — ты хотела оторваться? Противник сильный, но зато, когда пойдут разговоры, это учтут. А не то, что два прирожденных убийцы вырезали стадо бедных белых и пушистых девочек-ведьм.
— А все-таки сможем? — она обхватила плечи руками.
— Сможем. Тем более, что они расслабились. Лакомая сказка, что их плющит Канаверов, была только для нас. Поэтому в их околотке народ расслаблен — ну подумаешь, кто-то без спроса Черной магией решил побаловаться, или некромантией, труп любимого дедушки поднять и попытать насчет наследства. Как ты думаешь, много ума и таланта надо?
— Но меня-то повязали…
— Не колдовские мусора, а тетки с талантом бесогона, которых с места сорвали. Это, кстати, объясняет, почему они так легко тебя спеленали.
— Я им этого никогда не прощу.