Лозунг «Все у нас получится!» здесь не оправдался. Да и по-другому быть не могло — не садись играть в карты с шулерами! А ведьмы-сучки были именно такими.
С недвижимостью дела обстояли не особо радужно. Все предприятия и бизнес, которым владел Канаверов на пару с Императрицей-матерью, она просто и незатейливо отобрала. Мотивировав это смертью второго собственника и отсутствием наследника. Молодец, блин! Ну да и так было понятно, что тетка не промах и своего не упустит. Как и чужого, при случае. Так что мне остались только те крохи, которыми владел исключительно сам Канаверов. Ничего, и их должно хватить на безбедное существование.
Особняк Канаверова я оставил за собой, несмотря на все поползновения ведьм. И, самое интересное, главведьма-Императрица не только позволила это сделать, но и сказала «к ноге!» своим товаркам из ковена, дав им по рукам.
Почему? Все было очень просто. Об этом мне она и сказала, напутствуя после оформления всех бумаг.
— Почему? — хмыкнула она, по-простецки отхлебывая Шустовский из хайбола в гостиной теперь уже моего особняка. — Ну а как вы думаете, зачем все три основных народа представлены в Санкт-Петербурге? При дворе?
— Чтобы в случае чего повесить их на Сенатской и далеко ходить не пришлось? — сострил я.
— Набрались у Силантьева? — скривилась Императрица. — Узнаю его юморок. И это тоже.
Вот и гадай, шутка это или нет. С этими, блин, августейшими все может оказаться правдой.
— Чтобы в случае чего все силы Других были под рукой императора и были бы способны отразить вражеские поползновения.
— Ну враги уже давно ордами не ходят, а…
— Вы не все знаете и не обо всем, — оборвала меня она. — Вот поэтому этот особняк теперь ваш, как питерская штаб-квартира. Альфы своего народа. Я бы рекомендовала вам съехать из своего Захолустьевска в столицу, но у вас там разворачиваются интересные дела и ваше присутствие на южных границах может оказать решающую роль. Тем более у вас там уже своя армия…
— Ну как сказать, армия… ЧВК Совета Четырех, нового Эквилибриума…
— Не скромничайте, граф, вам это не идет. По моим сведениям, у вас силы, превосходящие по численности, а особенно по оснащению и выучке устьевский гарнизон. И вы способны держать в узде не только валящихся с иномирья тварей, но и других, двуногих.
Я лишь молча наклонил голову. Да, так оно и есть.
— Раздергивать такой ударный кулак я не хочу, но придется вам поделиться кем-нибудь из специалистов, чтобы ваша конторка была представлена и здесь. Это и в ваших интересах.
Я вздохнул. Пропал калабуховский дом. Подгребают меня на службу Империи. Вот так издаля и не всурьез.
— То есть вы хотите использовать нас как…
— Как ЧВК, — перебила меня Императрица. — Там, где нельзя демонстрировать свой флаг, но нужно показывать влияние. И, разумеется, не бесплатно, тем более в этом замешаны и ведьмы.
— Замешаны — как бы не то слово, — я аккуратно выбирал слова, разговор с августейшими кошелками как прогулка по минному полю.
И с теми же последствиями. Рванет — костей не соберешь.
— В ЧВК ведьмы играют большую роль, от руководства до групп спецназа. И без них было бы трудно обойтись.
— Особенно без ресурсов корпорации «Ледъ» и графини Маковецкой, — съехидничала Императрица.
Черт возьми, готов поклясться, что она мне подмигнула! Ну этого следовало ожидать, наши отношения были секретом Полишинеля.
— Я очень ценю ее участие… — начал было я оправдываться.
— Да ладно, ладно, чего уж там, — усмехнулась Императрица. — Дело взрослое. Но если обидишь мою девочку…
В глазах старухи проскочили молнии, а в комнате запахло озоном.
Я промолчал. Да и что тут сказать? В любом случае в мои личные дела нечего лезть и Императрице, и всей их чертовой правящей семейке. Целее будут, и я это серьезно.
— По поводу вашего ЧВК, — продолжила Императрица. — К вам есть дело. Считайте это неофициальным заданием, которого не будет на бумаге. Закрыть портал в нижние миры, который вы обнаружили на заброшенной военной базе. Причем, как бы вам не пришлось принять с армейцами бой –они тоже не дремлют. И хотя я пытаюсь их сдержать через сына через прямой запрет, вы прекрасно знаете, что интерес военных иногда приводит к нарушению всех приказов от вышестоящих. Они обычно исповедуют ваш принцип — лучше просить прощения, чем разрешения.
— Ладно, бой принять я могу, — покривился я. — Но это чревато настолько, насколько только возможно. Даже если я размотаю высланные против меня части, то что мешает обвинить меня в бунте и госизмене? Без заранее оформленного прощения Императора или бумаги о том, что я выполняю его волю я этого делать не буду, уж извините…