— Не улети только далеко, — усмехнулась я, — Иначе я буду плакать.
— Ариадна, у тебя там ребёнок? — донесся удивлённый голос Бориса.
— Да, я подрабатываю няней, — вернулась к разговору.
— Хм, ты не говорила…
Я слышала недовольство, но честно говоря не представляла, как рассказать о своей работе Борису. Наверное, нужно было что-то соврать, сказать, что меня попросили присмотреть на чужим ребёнком на работе, но к чему лишняя ложь? За последние дни я много думала, о приезде мужа сестры и понимала, от него скорее всего правду мне скрыть не удастся, а значит, нужно как-то попытаться все объяснить. И этот разговор, пугал меня до чёртиков.
— Слушай, может ты поедешь домой пока, побудешь с Майей, а мы поговорим как-нибудь потом? — закусила губу, надеясь, что мужчина согласится.
— Ариадна, в чем дело? Ты странно себя ведёшь, — сразу почувствовал подвох Борис. Вот не умею я врать ему. Он даже через телефон чувствует ложь.
— Извини, мне надо идти, я потом позвоню, — быстро закончила разговор, понимая, что сейчас не время для обсуждений. Выдохнув, поставила телефон на беззвучный, что бы не сбрасывать звонки, на случай, есть зять решит перезвонить.
Резкий грохот отвлек меня, и вскинув голову, я негромко вскрикнула. Даня врезался в небольшой журнальный столик, и стоящая на нем ваза с цветами упала, с грохотом разлетевшись на осколки. Малыш хотел присесть, видимо убрать осколки, но я резко остановила его:
— Даня, не трогай!
Рванула к ребёнку, но наступив на игрушку, оступилась, и полетела прямо на разбитую вазу. Все случилось так быстро, что я даже не успела ничего предпринять. Кожу на руках обожгла боль от порезов, на глаза выступили слезы. Сердце заколотилось.
— Ариадна! — услышала я всхлипы над головой и заставила себя посмотреть на своего подопечного.
— Даня, милый, осторожно залезть на диван, а я все уберу. Ты можешь пораниться.
— Тебе больно! — не унимался он.
— Совсем чуть-чуть, не переживай. Давай быстренько уберём все, — я встала, осторожно ступая, что бы ещё ногой в стекло не угодить.
— У тебя кровь!
Посмотрев на свои руки, я ужаснулась. Все в ссадинах, а где то виднелись глубокие порезы. Угораздило же меня сегодня одеть футболку! Даня сидел, а по его щекам текли слезы. Я не могла оставить мальчика в таком состоянии, поэтому села рядом, и стараясь не запачкать своей кровью, аккуратно приобняла.
— Ты расстроился? Это ерунда. Просто царапины.
— Это я виноват, — от его жалобного тона у меня в душе все переворачивалось. Он так расстроился.
— Ерунда! Такое с каждым может произойти, простая случайность. Но мне нужно все прибрать, и промыть ручки. А я не могу этого сделать, пока ты плачешь.
— Теперь ты уйдёшь от меня? — Господи, откуда вообще такие вопросы?
— Что за глупость? Даже не думай об этом! Я всегда буду рядом! — эти слова выскочил неосознанно. Я просто хотела успокоить мальчика, но тут раздался громкий голос, со стороны двери:
— Интересное заявление. Могу я узнать, что здесь происходит?
Вот черт! Вернулся Меркулов и теперь сверлил меня недовольным взглядом.
— Извините, Руслан Николаевич, — я быстро вскочила с дивана, — Я сейчас все уберу.
— Я спросил о другом.
— А что, не видно? Ваза разбилась, — ответила я вполне очевидный факт.
— Хм…, - мужчина задумчиво разглядывал меня, и мне стало неуютно. Он как будто пытался мои мысли прочесть. Быстренько прокрутила в голове, что он мог услышать, и что его так насторожило. Наконец, до меня дошло.
— Я ничего конкретного не имела в виду, просто Даня расстроился и…
— Папа, это я разбил вазу, не ругай Ариадну! — смело заявил мальчик, и я с нежностью посмотрела на своего защитника.
— Я и не собирался, — невозмутимо ответил Меркулов, и сделал несколько шагов к нам, — Правда, ты разбил? Или просто защищаешь любимую няню?
— Правда, — кивнул Даня, — Случайно, — добавил он, — Хотел убрать, но Ариадна не позволила, и упала.
М-да, в изложении ребенка ситуация выглядела комично. Меркулов снова перевел взгляд на меня.
— Ясно.
Интересно, что ему было ясно? Молчание затянулось. И я поспешила заняться делом. Убрала крупные осколки, и, взяв пылесос, постаралась максимально очистить пол от возможных маленьких кусочков. На босса старалась не смотреть.
— Если вы закончили с делами, то я, наверное, пойду, — сказала я.
— Папа, у нее руки болят, — заявил Даня. Меркулов тут же оказался рядом и потянулся ко мне.
— Не надо, — отступила на шаг, но разве его остановишь? Невзирая на мое сопротивление, мужчина взял меня за руки и осмотрел ссадины.